С некоторым недоумением любуюсь на - этим вечером впервые - датого Гошу. Слегка, впрочем. Именинник. Оказывается, Р-10 не зря небеса бороздил. Какой-то аппарат у них там был... Экспериментальный. Короче, мог и в режиме без малого киносъёмки работать. Объектив, разрешение - всё супер. Разведка, знамо дело... Пусть даже хоть и авиа. Собственный стрелок, флотский, раненый оказался. Осколком. Так ещё и знакомец мой недолгий, не очень добровольный почти даритель "эфки", Антон, в смысле, вызвался и вымолил буквально. Чтоб вместо него. Слетать. Ещё и умудрившись где-то нормальную камеру нарыть, вдобавок - у флотских. Они запасливые. Те ещё хомячки... Все и во все времена. Так вот, они всю нашу утреннюю небесную катавасию отснять умудрились. В два ствола. Авиационный аппарат тоже сняли и вбок высунули. Плёнки с Антошей уже в Москву - спецрейсом и с истребительным эскортом. Гоше наперебой советуют крутить дырочку. Под орден, то есть. Улыбается. Я уж думал, не умеет. Безумно счастливый флотский, прилично пьяненький уже, взахлёб излагает.
- Чую, значить, смертушка наша пришла, как у Ивана с ребятами, ну, буквально за час до того, гляжу, а Антоша бандуру свою выволок, выцеливает, значить, ну и думаю - дай ка я, напоследок, поснимаю хоть, для души, значить, вспомню, значить, как на "Мосфильме", бывало, вытаскиваю, значить, дуру свою из кронштейна, опираю о тот же кронштейн, чтоб, значить, вибрация не передавалась, а те заходят уже, мне-то с трансфокатором видно всё, ну прям как вот вас здесь, и... - в который уже раз, наверное, но его не перебивают. Типа, "А вы повторяйте, повторяйте..." Впервые наблюдаю столько счастливых лиц. Ещё и наступление. Наконец-то. Да... Если бы они знали, как всё это на самом деле должно было быть... И как, наверняка, ещё будет... Впрочем, не поверили бы. Как врагу народа. С детства взрощены на этом - малой кровью, да на чужой территории. Ладно, сыграем, однако...
Передав руль с правилами встрепенувшемуся душою Костику, улетаю мыслями в будущее. Которое прошлое. Для меня.
Вспоминаю... Как почти вот так же сиживали, бывало, после заданий. Всеми своими. Наверное, основная масса народу другая. Здесь. Что я видел за это время? Летунов с технарями? Полагаю, эпоху не характеризуют. Ни мои теперешние, ни мои же тогдашние. Тем более сейчас. В дни наивысшего всплеска эмоций и напряжения сил.
Если здешних брать, то в принципе, получается, народ такой же. Почти. Наши были поершистей и громких слов не любили. Аж до судорог. Эти вроде как подоверчивее. И как бы посветлее. Элита, впрочем. Мы же были скорее париями. В глазах окружающих. Девочки нас любили разве что из самых простых. Которые покруче, те себе цену знали. Впрочем, как и мы им. И невысокой была та цена. Всего лишь деньги... Эти же наоборот - любимцы страны и самые почитаемые герои. Красивейшие девушки глазки строили. Наверное. Не видел. Девушек тех. Война...
Сыновья Фрунзе, Хрущёва, Микояна, Сталина - за высшую честь почитали. Петлички, шпалы, кубари и всё такое прочее. У нас наоборот. Детки власть имущих не стремились. Ни в разрекламированные сериалами десант со спецназом, ни в Вооружённые силы. Вообще. Тем не менее, похоже очень. Духом. Воинского братства. Без сюсюканья - промеж братьями тоже... всякое бывает. И родня тоже случается - ну очень разная. Одни вперёд вылезти стремятся, других задвинув. Чтоб сбитых побольше насчитали да подтвердили, орденок где прихватить, или просто - чтоб начальство благосклонно глянуло. Кто-то боится. Нет, боятся все, но некоторые - больше. Заметно. Есть и такие, кто водочкой лечится. Даже перед заданием. Втихую. Кто-то себя бережёт - пусть даже и в ущерб другим. Пока не вычислили... Всё есть. Но это не главное. Главное - поступит приказ, и все двинутся по машинам, чтоб взлететь на медлительных этажерках навстречу, очень даже вероятно, своей единственной и последней в жизни смерти.
Так и со временем этим, проклятым и гордым. Потому что всё было. О чём нам господа демократы с либералами писали. Приврав, разумеется. Для красного словца. Искренне, для "большей художественной правды", или чтоб заказчику понравилось. Но не более того. И сталинские лагеря, и гибель невинных, и уничтожение лучших, и катастрофические ошибки, и предательство, и поклёпы, и заградотряды - всё нам обсказали. Забыв лишь об одном сообщить. А именно - что это было не главное! Главным же были ликвидация неграмотности за считанные годы, не говоря уж о беспризорщине, научные школы мирового значения, Великая Победа, новая сверхдержава, совершенно не похожая на прежние, могучая промышленность, вера в светлое будущее своих детей, реальное братство народов, космос, отсутствие нищих в метро, наконец... Это тоже было! Да сплыло...
Что-то непонятное я играю. Во, вспомнил! Древнющая композиция. "Не стреляй". Группа ДДТ. Забавное название. Хорошая песня, но... странная, скажем так. Да... А я ведь реально пацифизмом баловался. По молодости. Песенки распевал, с ленточками всякими ходил интересными... ну, не радужными, разумеется. Хотя вроде как и этим сочувствовал - путь, мол, расцветают все цветы. Так вот думал. Пока клумбу вусмерть не изгадили. Много тогда было таких. Типа, непротивленцев. И потом тоже хватало. Одни просто балбесы, вроде меня. Другие вполне осознанно. Поскольку косили от армии - надо же как-то себя оправдать. И лишь много лет спустя дошёл до меня глубинный смысл данного реально замечательного произведения. Если чел просит не стрелять, значит, он рядом, и стрелять действительно не следует. Поскольку можно зарезать. Или шею свернуть. Патронов, небось, много не утащишь. На собственном-то горбу.
Ладно. Народу нравится - и слава богу. Пора баиньки. Завтра опять чуть свет. Баян в футляр, ножками до хаты, и - в сладкие объятия Морфея. Отрубился, аки по чалдону стукнутый. И будто тут же - проснулся. От настойчивых подёргиваний за плечо.
День десятый
Проснулся от настойчивых подёргиваний за плечо... Правое. Посыльный. Судя по дыре, ночь ещё. Или очень-очень рано. На КП кличут. Можно небритым, так понимаю.
Собрались все, кто на крыле ещё. Кроме Фрола и его команды, разумеется. Старшим Жидов опять. Кого-то, может, и удивило бы то, что единственной боепособной именно его "чайка" осталась. Меня же - ни в коем случае. Как, впрочем, и остальных. Знакомых с сим субъектом. Сиротин, такое чувство, и не ложился. Однако - бодр, сосредоточен, деловит.
Тут же, не отходя от кассы, ранний завтрак. С утра подташнивает слегка, но надо. В боевой вылет без заправки горючим - нельзя. Ни ероплану, ни самому. Горячая - губы обжигает край металлической кружки - пародия на кофе с молоком, бутерброд какой-то. Вкуса не чувствую - не до того.
Оказывается, надумали наши десант выбросить. Воздушный. С ТБ-3, с чего ж ещё. Первый эшелон уже. Ночью. А со вторым замотались чуток - ну, как обычно, гладко было на бумаге... Тем временем светает, однако. Ну, не светает - но на востоке уже полоса. Обозначилась. Слегка. С полчаса где-то ещё - и рассветёт. А при дневном свете гиганты ой как уязвимы. Для истребителей, прежде всего. Просят прикрыть. Приказывают, в смысле.
- У кого нет опыта ночных полётов?
Толик и ещё два парня из 190-го, переглянувшись, выходят из строя. Правильно. Излишняя лихость суть кратчайший путь к бесполезной могиле.
- А ты, Костик? Ах да... - хммм, быстро же позабыты мои ночные "хейнкели", - Вылетите позже. Как только рассветёт. Командир звена - младший лейтенант Борисов.
Растёт Толик. А ведь поначалу Саша пошустрее смотрелся, и летал лучше. Судьба. Тот уже пусть и герой, но посмертно. Зато этот - живой и командир звена. Да и летать стал заметно поуверенее.
- Остальные - немедленно. Десантников сбрасывают километрах в пяти северо-восточнее Бяло-Подляски. С ТБ-3. Так что не заметить трудно. Лететь туда. Костик сразу вперёд, остальные следом. Командиром - улыбнулся - ПОКА ЕЩЁ старший лейтенант Жидов. Задача одна - прикрыть бомбёры. Любой ценой. Понятно? Любой! Проводить где-то километров на пятьдесят за Пинск... А в общем - по обстановке. Да, Костик, там моряки над твоей рацией колдуют, попробуй связаться. Будешь держать в курсе. Если получится... Да, лейтенант Малышев...