Еле-еле Сиротин его унял. Прикрикнул даже. Помогла ещё неровно ревущая явно побитым движком "чайка". Неуверенно заходящая на посадку. Кажется, даже бипланная коробка скособоченная какая-то. На зубах, что называется. Шасси, однако, вышли. Чпок - сел и запрыгал козлёночком к КП. Мнда... Досталось. Живой труп. Однако пайлот шустро выпрыгнул. Похоже, не ранен даже. Впрочем, бывает, под адреналином и серьёзные раны не чувствуются. Поначалу. Не в авиации, конечно. При серьёзной ране кровью невозможно не истечь...
Все как-то сразу навстречу подались. Забыв обо мне. Ну и слава богу. Усталость с сонливостью так накатили - ничто не интересно. Живой - хорошо. Завтра погибнет. Или послезавтра. Погиб - вечная память и слава. Вот так...
Пошёл было в казарму нашу... Одни стены. И те обугленные. Внутри... Килограмм двести пятьдесят, наверное. Чвамкнуло. Недолго музыка играла. Это я о баяне, если кто не понял. Ребят, конечно, больше жалко...
Потопал на стоянку. Заботливый Коля бросил под крыло какие-то чехлы. Заодно выяснилось, что ребят зря жалел. Они ещё ночью. В смысле, безлошадники - и пайлоты, и технари даже. Борт прилетал. ПС-82. Всех забрал. На обучение - переформирование. Мы же следом. Когда машины кончатся. Или пайлоты. Этой ночью, надо думать... Завалился и сразу вырубился - как обухом по черепушке. Или - валенком с грузом внутри. Меня как-то в ранней юности не то детстве угостили так. В полиции. Провинциальной.
Разбудили уже хорошо за полдень. Коля аккурат машинку заобиходить успел. Качественно и по полной программе. На западе гроза будто. При ясном небе. Артиллерия, что ли? В ту войну не довелось попадать, да и не бывало такого. Почти. В смысле, артналёт. Боевые действия преимущественно вертикальным охватом велись, причём тактического уровня а там - какая артиллерия? Миномёты разве что... Тоже, кстати, та ещё гадость. Но с этим - не сравнить. Аж землю потряхивает. И это километрах в двадцати аж, надо думать.
На КП - метрах в ста всего-то - один Сиротин со связистом. Гоша с Толиком вылетели бомбёров прикрывать. Хоть так. Парой. Всё лучше чем ничего. Ещё пара ремонтируется. Мне же надо ещё раз мотануться к тем мостам. Туда вроде как пикировщиков направили. "Пешки". Этих нам слабо прикрывать - скоростёнки недостаёт. Но им что-то выделили. Из того, что было. Моя задача - проконтролировать результат. Коль скоро радио имеется. Напоследок, поскольку Пинская флотилия уходит. Что-то там у них со шлюзами произошло. Нехорошее. Обсыхает система. И ещё. На обратном пути, по возможности, посмотреть, что и как на нашем направлении. Основные бои вдоль шоссе и железки, что к Минску ведут. Немцы к своим прорваться пытаются. Но и у нас попёрли. Неслабо. Заодно, кстати, выяснилось, что полная какашка я теперь. В смысле, без бумажек. Удостоверение моё, да и комсомольский - в штабе были. Стационарном. А туда подарок прилетел. От фюрера. На двести пятьдесят очень даже фугасных килограмм. Ладно... Однако лучше мне пока не давать себя сбить. И приземляться предпочтительно только на свой аэродром.
Высоту набираю сразу. Теперь можно. Постепенно подступает такая приятная почти июльским уже солнечным днём прохлада. От движка, конечно, жаром прёт - но хоть ветерком лицо приятно обдувает. Так, что у нас там внизу? Внизу бой. Километрах в пятнадцати, пожалуй. От аэродрома. На километре где-то высоты проскочил очень быстро, но успел заметить, как мелкие серые фигурки перебегают, и взрывы там, куда они намылились. Танков не видно. Только коробочки какие-то мелькнули. Пара, не то тройка. Вслед за пехотой, без башен. Недотанки. "Артштурм", насколько помню, называется. Вроде довольно эффективная штука. Была. Впрочем, неважно.
Теперь к мосту тому треклятому - с набором высоты. Пожалуй, тысяч с четырёх - и видно отлично, и "худые" там редко водятся. Относительно. Один ведь. Головой крутить надо, как заведённому. Впрочем, я и в группе. Не привык полагаться. Хочешь, чтоб было сделано действительно хорошо - сделай это сам. Мой девиз. Действительно индивидуалист. Но не буржуазный. Это Игоричу со страху показалось. Да в полемическом раже. По-настоящему буржуазных индивидуалистов ему, наверное, видеть не приходилось. Вовсе. И слава богу. А то б и вовсе рехнулся. Глядя. Как страну растаскивали. В девяностые. Дед с отцом рассказывали. Иллиада вкупе с Одиссеей. Гомер отдыхает. Впрочем, может и доживёт. Если выживет. И - если так и будет. Здесь. Как у нас. Было.
Временами поглядывая всё же и вниз, удивляюсь количеству колонн. Немецких. Это лишь поначалу кажется, что все одинаковые. Что наши, что фрицы - ползут себе коробочки и ползут. Пару раз слетал и, при нормальном зрении, на раз начинаешь отличать. И тенты, и форма - другого цвета. Гужевого транспорта у наших обычно заметно больше. И машины другие. Разве что если наши немецкую технику используют. Трофейную. Или наоборот. Встречается, кстати, и такое. Немцы в этом отношении барахольшики ещё те. Впрочем, что похуже союзникам спихивают. Авиационную же технику вообще. Трофейную - только союзникам. И устаревшие самолёты не используют. Особенно истребители. Были же у них и бипланы на вооружении, непосредственно перед войной. Но на фронт - только "худые". Берегут личный состав. И то. Самолёты новые можно наклепать относительно быстро. Лётчиков - никак. Если бы наши перед войной хотя бы И-15бис с вооружения сняли, сколько хороших лётчиков можно было бы спасти. А ещё лучше - также и И-153 вместе с И-16 ранних серий. Сгинули ж большей частью совершенно без толку...
А вот и мост. Вдали обозначился. Не сам по себе - далековато ещё - а четвёркой Пе-2. Заходящей в пикирование. Выше и в стороне - Яки. Тоже четвёркой. "Худых" не видно. Не успевают, наверное. Держать барражирующий заслон накладно, истребителей не хватает, а от аэродрома, даже если в самой наипервейшей готовности - когда ещё долетят. Тем более что "пешки" пошустрее всего бомбящего, что у нас есть, да и кота тянуть не стали. Не как "штуки", выстроившись в круг, а сходу. Но тоже с переворотом. Головной пошёл. Фейерверк - по полной программе. Жутко, наверное, вот так. Как в омут головой - а навстречу сонм смертей в очередь, пачками и россыпью. На сей раз и эшелон акурат по мосту. Первый промазал, но за ним уже второй. Валится. Крупный калибр по верхнему уровню облачка держит. Но пристреляться не успевают - и не успеют. Уже. Третья "пешка" идёт вниз, посл... крайняя тоже пристраивается. Оп! Третья не вышла - и прямо в мост. Быстро так... мелькнуло. Вместе со всеми своими бомбами. Вот и поди разбери теперь - что там и как. Сначала попало в неё, кажется. Потом она. В мост. Четвёртая, однако, лучше всех отбомбилась - в опору. Мост - неужто деревянный? Железные так не горят, по определению... Хотя - эшелон с цистернами был. Какими-то. Теперь и ими полыхнуло. Ещё раз. И ещё. Дымище - в полнеба. "Пешки" собрались и втроём - сопровождаемые Яками - отправляются восвояси. У одной, похоже, ещё и движок завис. Правый. Ничего, дотянет. Если "мессеры" не перехватят, разумеется. Дыма, тем более, не видно. Так - левая плоскость заметно выше правой, и отстаёт. Оп! Нырнула книзу. Купола. Что ж, бывает и так. Плохо. Двух нет. А по второму мосту, автомобильному, движение просто бешеное. Сплошным потоком.
Так. Доложиться. Снова глохну от дичайшего шума, девичий голос пробился-таки, рассказываю быстренько, что там и как, после чего сразу выдираю штекер. Невозможно вынести это. Как стадо погремушек в голове... с тараканами. Нам же ещё надобно глянуть вдоль шоссейки и железки, что там и как. Это можно и с пяти. Тысяч.