Только на следующее утро пехотинцы зашевелились. Душманы стали отходить. И тут обычная армейская часть опозорилась, решив сначала загрести жар чужими руками. Их командование решило собрать оружие, брошенное боевиками, что бежали под натиском спецназа. Оно валялось в зарослях «зеленки» перед Т-образным хребтом, оседланным отрядом Лютого. Спецназовцы увидели подозрительное шевеление в камышовых дебрях. Как оказалось, то были пехотинцы, коих командиры послали собирать чужие трофеи. Так, чтобы приписать успех боя себе любимым. Спецназовцы, увидев подозрительные движения неведомых людей, сразу же запросили пехотных командиров: нет ли в означенном месте их бойцов. Те в один голос заявили: нет! И тогда спецназ вызвал и навел на цель пару боевых вертолетов.
«… Вертушки развернулись на „боевой“. Тут слышу, что эта группа сигналит ракетами. Я запрашиваю пехотных командоров, нет ли в данном месте их подчиненных. Мне ‹…› отвечают, что нет. Я вертолетчикам даю подтверждение: работайте! Они снова заходят, а с земли уже стали сигналить и дымами. Вертушки снова прошли вхолостую. Я повторно запрашиваю пехоту, чтобы они уточнили, нет ли их людей в этом квадрате. И снова мне дают „добро“ на работу авиации. И вот когда уже в третий раз летчики развернулись для атаки, на связь вышел пехотный командир, который наблюдал, как Вадим забил первую группу духов. Решив загрести жар чужими руками, он с бойцами пошел собрать трофеи, чтобы потом себя наградить. ‹…› Все это время он прослушивал в эфире мои запросы и молчал. Ответил только, когда понял, что в третий раз вертушки обязательно их накроют»,
— вспоминает Д. Лютый.
Что дальше? Спецназ усек, что сбитые с гор душманы ушли в близлежащий кишлак, и навел туда огонь одной установки реактивных снарядов «Град». Горы сотряс чудовищный взрыв: русский эрэс угодил в склад вражеских боеприпасов. Но спецназовцам этого показалось мало. Взяв пятерых пленных и применив пытки, они установили, что часть врага утекла еще в один соседний кишлак, куда пехота даже не добиралась. Лютый с двенадцатью бойцами рванул туда на трех БМП. Не ожидая такой дерзости, душманы, приняв горстку спецназовцев за передовой дозор, бежали из селения. Лютый и его товарищи взяли солидный склад оружия.
Потом спецназовцы прошли там, где прочесывание проводила обычная мотопехота. Они были потрясены, увидев пустые лавки-дуканы, разграбленные дома, убитый скот и раненых жителей. Полтора часа спецназ оказывал помощь обычным афганцам, истратив на это все свои запасы промедола, бинтов и дезинфицирующих средств.
«Вообще, операции, которые проводила армия, отличались бестолковостью. Например, однажды, когда генерал Дубынин проводил Кунарскую операцию, он, для того чтобы воспрепятствовать обстрелу джелалабадского аэродрома, лично указал две точки на карте, где должны постоянно находиться наши засады. Одна точка была совершенно лысой горкой, не имевшей никакого тактического значения. Там изнывала от безделья 3-я рота. А точка, где должен был сидеть я со своими бойцами, была ‹…› плацем афганского полка на окраине Джелалабада. Приказы высоких начальников не обсуждают, потому мы добросовестно проваляли дурака, пока не кончилась операция. Ежевечерне мы прибывали к афганцам в расположение и ложились спать под их охраной, а утром шли отдыхать к себе в расположение после „ратных трудов“»,
— пишет Лютый.
Вспоминается хвалебная статья о Дубынине в уже россиянском «Независимом военном обозрении». Мол, если бы сей славный генерал командовал Первой Чеченской кампанией, то он бы показал! Ну да… Показал бы.
Итак, на место бестолковой призывной армии с ее «гениальными» генералами, бардаком, подлостью и бессмысленными потерями в боях шли совершенно другие вооруженные силы. Умные и энергичные, где командирами становились самые удачливые, сообразительные и смелые. Не угождающие начальству, а по-настоящему воюющие и не любящие зазря терять своих людей. (Настоящие вожди — сродни вожакам древнеславянских боевых отрядов.) Тогда у них еще не было ни легких и надежных радиостанций, ни приборов спутниковой навигации, ни беспилотных самолетиков-разведчиков, носимых в заплечных мешках. У них еще не было приборов для лазерной подсветки целей и современных крупнокалиберных винтовок-снайперок, способных разить врага за 2 км. Современных ночных прицелов и ноктовизоров. Но все это было уже на подходе, и СССР мог получить совершенно новую армию. Способную воевать и с душманами, и с американскими высокомобильными подразделениями.
Благодаря новой тактике в Афгане 1985 г. установилось равновесие. Боевики несли тяжелейшие потери и не могли разгромить советские войска. Но точно так же и мы не могли победить: ведь на место разгромленных банд их Пакистана приходили все новые и новые. Успеха нашим удавалось добиваться, опираясь на полное господство в воздухе советских вертолетов, штурмовиков и истребителей-бомбардировщиков. Чтобы переломить положение в пользу исламских боевиков, американцам надо было дать им в руки достаточно мощное противовоздушное оружие.