И там же:
«… Подчиненный, который в ходе войны считает своим долгом поправить ошибку, допущенную высоким начальством вследствие неосведомленности последнего, может оказаться в незавидном положении. Человеку в таком положении иногда нужно уметь соглашаться со старшим начальником, чтобы не испортить себе служебную карьеру. Кадровые офицеры со свойственной им лояльностью и уважением к старшим с моральной точки зрения попадают в трудное положение. Они могут оказаться совершенно неспособными отстаивать свою точку зрения и при любой такой попытке сурово наказываются…»
Воспоминания Маклахлана полны примеров того, как безраздельное господство бюрократов и кадровых адмиралов едва не привело его страну к катастрофе. Эти ослы до Второй мировой, оказывается, просто саботировали введение удобного шифрования радиосвязи, заблокировали планы расширения сети радиопеленгаторных станций, а позже кривили морду, когда разведка предложила разлагать немцев с помощью музыкальных и развлекательных передач по радио.
Кто выступил создателем дееспособной службы спецопераций в британской разведке? Кто планировал самые успешные акции? Йен Флеминг, журналист и маклер. Впоследствии — автор романов о Джеймсе Бонде. А кадровые военные секретных акций сначала боялись как огня. Флеминг же, имея опыт работы в агентстве «Рейтер», мог быстро анализировать материалы и составлять краткие и ясные разведсводки. И именно Флеминг вел переговоры в рамках обмена опытом с основателем УСС — ЦРУ Донованом. Он посоветовал янки создать спецслужбу, отделенную от ФБР, находящуюся под покровительством сильного правительственного учреждения и вне всякого политического контроля! А общее руководство над ней должен взять президент, которому станет помогать исполнительный комитет из трех человек, не являющихся политическими деятелями и освобожденных от иных обязанностей.
По сути дела, это наметки будущего НСПГ при Рейгане!
А использование возможностей бизнеса в делах разведки? Англичане этим занимались вовсю. Впрочем, и немцы той эпохи делали то же самое. Вы полистайте мемуары Вальтера Шелленберга. Там есть много примеров.
Словом, теперь понимаешь, насколько укрепил разведку СССР массовый призыв в нее молодых пытливых кадров при Берии в 1938 г. и как могли навредить делу «профессионалы», вычищенные им же. Можно только пожалеть о том, что до начала рейгановского психотриллера в советской разведке не оказалось многих питомцев той эпохи. Они ведь тоже отличались предприимчивостью и смелостью. Взять того же Павла Судоплатова, руководителя отдела тайных операций во время войны и после нее. А ведь его посадили как «пособника Берии» в 1953-м и после отсидки отправили доживать свои дни в бездействии.
Наша элита не выучила уроков Второй мировой и попалась на старые ходы-ловушки в исполнении Уильяма Кейси! А тот смог задействовать важнейший принцип операций спецслужб: метадействие. То есть применение самых разнообразных рычагов и инструментов для достижения поставленной цели: агентурных, экономических, политических, психологических и даже культурных.
Нам же это — урок на будущее. Разведка в СССР-2 должна стать «острием копья» для войны с врагом. Приобрести высокую эффективность, используя самые передовые технологии, принципы построения и взаимосвязи. И конечно, она должна получить такую же поддержку «сверху», как ЦРУ при Рейгане. И опираться при этом на фанатичный патриотизм!
Вот так США получили преимущество над нами и в отношении спецслужб. Вернее, в отношении их использования как инструмента наступательной психовойны.
Переход Рубикона
23 февраля 1981 г. в Москве открылся очередной, XXVI съезд КПСС. Очередной форум, намечавший стратегию развития империи на пять лет вперед. На трибуну тяжелой, стариковской походкой поднялся семидесятипятилетний генеральный секретарь Леонид Ильич Брежнев. Он сильно сдал за последние годы. Руки его дрожали, и этого не могли скрыть все ухищрения операторов телевидения. Трансляция открытия съезда шла на всю страну.
Брежнев начал читать отчетный доклад, подытоживая все сделанное за минувшие пять лет. Посылая сигналы всему миру в виде осторожных, многократно отшлифованных армией референтов и чиновников ЦК КПСС фраз. Он читал тяжело, причмокивая. Часто прерываясь. Его уводили в комнату отдыха, протирали лицо спиртовыми салфетками, вводили укрепляющие препараты.
Устами Брежнева говорил высший эшелон советского чиновничества. Фразы были действительно невоинственными и закругленными. Москва словно увещевала Рейгана: не пробуйте нарушить сложившееся равновесие сил! Не начинайте новый опасный виток гонки вооружений! Все равно не перегоните. И давайте, как прежде, встретимся на высшем уровне, попытаемся договориться…