В конце семидесятых военная элита СССР исповедовала глупейшую, разорительную для страны, неэффективную и абсолютно шизофреничную стратегию. У генералитета СССР наблюдалось типичное раздвоение сознания. Он готовился к двум совершенно разным войнам.
Первая — война ракетно-межконтинентальная, дальнебомбардировочная и океанская. В ней Советский Союз стремился поразить территорию Америки, недосягаемую для наших танково-механизированных легионов. То была война в основном машин дальнего огневого воздействия.
Вторая — война сухопутная, в Европе. Здесь наши генералы рассчитывали провести некий вариант Второй мировой, но с ядерным дополнением. То есть рвануть мощными сухопутными группировками к Последнему морю — Атлантическому побережью. Этакими моторизованными чингисханами. И ради такого замысла СССР держал невероятно дорогие «ударные кулаки» в Польше, Восточной Германии, Венгрии и Чехословакии. По планам брежневских воевод, сначала следовало взломать оборону НАТО ядерными ударами. А затем русские войска должны были пройти через пораженные радиацией районы (где земля спеклась бы в стекловидную корку), дабы потом вступить в бой за Бонн, Мюнхен, Париж, Брюссель, Гаагу и Амстердам. В этих боях мы должны были без всяких ответных ядерных атак НАТО потерять сотни тысяч своих людей, штурмуя большие города, рубежи западной обороны и переправы через реки. Тысячи советских танков погибали, пораженные отличными противотанковыми ракетами наземных комплексов и вертолетов, огнем самонаводящегося оружия. Наши бронедивизии несли бы чудовищные потери, подрываясь на минах, попадая в артиллерийские засады и под удары западных самолетов-штурмовиков. А уж если бы НАТО применило тактическое ядерное оружие, наш урон в живой силе и технике возрастал в разы! Западная Европа напоминала бы разоренное кладбище. Разорванные трупы, сожженные танки, БТР и БМП с красными звездами на бортах…
Чем думали наши генералы, не знаю. Но уж точно не головой. Вспоминаю учебку 1985 г., где из нас делали сержантов-мотострелков. Помнится, мы отрабатывали движение через пораженную ядерными взрывами зону, надев прорезиненные ОЗК — общевойсковые защитные комплекты. Дело было летом. Жара стояла дикая. После пяти минут пребывания в этих «скафандрах», да еще с противогазами на башках, мы оказались полностью небоеспособными. Преодолев пару взгорков, мы повалились без сил, а одного парня из нашей роты вообще увезли в лазарет с тепловым ударом. Казалось, из наших тел ушла вся влага: под прорезиненной тканью мы были мокрыми, как после бани, в сапогах-бахилах хлюпал пот. В глазах вертелись красные «колеса». Нас можно было взять голыми руками.
Позднее я узнал, что наши тогдашние ОЗК — копия немецких противохимических костюмов времен Гитлера. И вот в таком чуде индивидуальной защиты наши войска должны были переть к Ла-Маншу через зону ядерного поражения! Да только на этой стадии у нас бы вышли из строя десятки тысяч бойцов. Не только схвативших дозу облучения, но и элементарно задохнувшихся в зеленоватых «саванах» ОЗК.
К 1991 г. в СССР на вооружении находилось 64 тысячи танков (в два с половиной раза больше, чем у НАТО), 67 тысяч орудий и минометов (в два раза больше, чем у НАТО), 76 тыс. БМП и БТР, 6 тысяч самолетов и вертолетов (в 1, 5 раза больше, чем у НАТО) и 437 боевых кораблей 1-го и 2-го ранга. (http://nvo.ng.ru/arma-ment/2006-11-10/6_opk.html)
Советские генералы никак не могли взять в толк, что реалии Второй мировой в прошлом. Что воевать теперь можно и нужно по-другому. Что возникли «закрывающие технологии» войны, обессмысливающие многомиллионные массы войск. Первым об этом смутно догадался столь нелюбимый мной Хрущев. В самом деле: зачем стране содержать сотни дивизий, если противника можно испепелить ракетами с ядерными боеголовками? Зачем перегружать экономику страны содержанием несметных полчищ мотострелков, танкистов и так далее? Правда, Хрущ, как всегда, умудрился наломать дров. Принялся сокращать армию поспешно и непродуманно, выбрасывая на улицу сотни тысяч офицеров, пуская под пресс новенькие корабли и самолеты. Какого черта он сокращал то, что было нужно в современных реалиях: ВВС и ВМФ?! Немудрено, что военные в сговоре с частью партийной верхушки свергли Хрущева в 1964-м.
Однако дело имело и оборотную сторону: возобновилось тупое наращивание сухопутных сил. Поборником такой политики стал начальник Генерального штаба в годы войны генерал-полковник Штеменко. Именно он в 1965 г. заявил, что войну нельзя выиграть только баллистическими ракетами. Его протеже стал начальник Генерального штаба маршал Огарков, вместе с Андроповым и Громыко входивший в триумвират истинных правителей СССР при позднем, впадающем в слабоумие Брежневе. Огарков стал автором самоубийственной для Союза доктрины интегральной милитаризации и общей, постоянной мобилизации советской промышленности. Планы Огаркова были смелыми, копирующими (в усиленном варианте) немецкие времен их успешных блицкригов. Впереди наступающих дивизий СССР должен был действовать многочисленный спецназ. Он в решающий час призван был занять ключевые пункты управления и транспортной сети противника, обезвредить его командиров и политических лидеров. Спецназ должен был действовать на пятьсот километров в глубину. В тылу врага планировалось высаживать целые воздушно-десантные дивизии. (Кстати, именно тогда СССР обзаводится самыми многочисленными в мире ВДВ.) Правда, сколько бы при этом погибло тяжелых и неповоротливых «антоновых» с людьми на борту, никто думать не хотел. Сколько бы транспортных машин погибло от зенитных комплексов НАТО…