— И это единственная причина, по которой ты готов рисковать своей жизнью, Монах?
Я не хотел говорить о своей страстной привязанности к Малии. Это чувство было слишком личным и слишком острым, чтобы им можно было делиться даже с братом. Только он и так все давно знал. Ничего не поменялось.
— Ты же все знаешь, Шакал, — проворчал наконец я.
Он едва заметно кивнул, и его темные глаза погрустнели.
— Неужели ты так ничего и не понял. Комитет - зло! А Малии суждено стать одной из них. Ты же понимаешь это?
— К чему ты клонишь? — Спросил я.
— К тому, что тебе все равно не быть с ней.
— Это не им решать!
— Неужели ты думаешь, что они позволят тебе соединиться с ней?
— Как только Малия станет полноправным членом Комитета, она сможет принимать решения самостоятельно, — решительно заявил я.
— Разве членам этой организации позволено сочетаться браком?
Я вздрогнул от пронзившей меня резкой боли. Он что, намеренно пытался свести меня с ума?
— Довольно, Шакал.
Я запустил пальцы в волосы и начал мерить шагами огромный вестибюль. Мне хотелось поскорее выбраться отсюда и немедленно отправиться на поиски Малии, не думая о будущем, которое могло стать таким же безрадостным, как и моё прошлое.
– Между прочим, речь о женитьбе даже не заходила, — пробурчал я.
— Но ведь это именно то, чего ты желаешь, — заметил брат.
— Желаю? — Я рассмеялся. — А у меня что, есть выбор?
— Возможно, нет. Но я не хочу, чтобы тебе пришлось страдать еще больше. Пока не поздно, тебе нужно немного дистанцироваться от этой…
— Ошибаешься. Уже слишком поздно, — перебил я. — Твой совет опоздал.
– Мать говорила, что ты придурок, но я не думал, что настолько.
– Твоя мать! Мне она чужая, как выяснилось. Она не хочет меня знать, и считает монстром.
– Это не так, брат! Она просто...
В дверь постучали, не дав брату договорить, и в комнату вошёл Алан.
— В чем дело? - Спросил я, посмотрев на его встревоженное лицо.
- На подъездной дороге три машины Комитета, Монах, - в голосе друга сквозило неприкрытое беспокойство. - Думаю, надо сматываться обходными путями. Не к добру их появление!
Да... Странно. Их приезд означает, что что-то пошло не так. И это плохо. Очень, очень плохо... Мало кому известно, что моя так называемая власть была ограничена. Настоящая сила в руках Комитета. Они вершители судеб, а я лишь исполнитель. Вот они и заявились - вершить мою судьбу.
- Вы, - я посмотрел на обоих мужчин, - должны разыскать Малию, во что бы ты не стало. - Уходите!... Быстрее!... Я остаюсь. Они знают, что я здесь, иначе бы не приехали.
- Мы найдем её, брат. Будь уверен. - Они проскользнули в боковую нишу и скрылись в темном коридоре. Прикрыв за ними дверь, направился встречать гостей.
Глава пятьдесят пятая
Шакал
- Алан, мне это не нравится. Мы не должны были его оставлять. - Меня съедало беспокойство. То, что они делали с ним раньше может повториться. Они сделают его оружием в своих руках. - Я хочу вернуться.
- Нет! Мы пойдем искать девушку! Это приказ! - Алан встал у входа в пещеру, преграждая мне путь.
- Я не подчиняюсь его приказам! Я сам по себе!
- Ты нам нужен, Шакал! Пойми, Малия для него всё! - Подняв руки для эмоционального отображения своих слов, он пытался объяснить мне правильное положение дел. - Монах знает, что делает. Найдем девушку, поможем и ему. У нас будет козырь! Она нужна им.
- Хорошо. - Я принял его аргументы, но беспокойство за брата не ушло. - Тогда нам надо поторопиться. Пошли, - показал на небольшую тропинку, - спустимся здесь.
*****
Я хорошо знал отношение брата к Малии. После ее так называемой смерти, он же чуть не сдох. Не помогали никакие уговоры и уловки. Выплывая из очередного пьяного тумана, напивался снова и выключался. Лишь спустя три недели, когда выяснилось, что Малия жива, в нем проснулся огонек сознания. Брат согласился на лечение. Его обследовал лучший специалист в моем штате. После кучи анализов и процедур, оказалось, что не все так критично - дети будут. Небольшая подпитка организма и курс медикаментов сделали своё дело. Тогда он был неутомим, жаждал найти Малию и просить прощения за то, что бросил её. Хотя... Хотя все было не совсем так... Его предупредили. Ему приказали.
Позднее, когда мы точно знали, что девушка жива, брат любыми путями рвался к ней. Но, Комитет отказывал ему в обращении. Лишь узнав, что на нее объявлена охота, Комиссия приказала ему защищать её. Ведь она нужна им. Она одна из них. И рождена именно для этого.
Мать много узнала об этих людях, после побега от них, она потратила жизнь на сбор информации, которая поможет уничтожить их.