— Малия…
Монах поднял руку, словно собираясь погладить ее по щеке, но она поспешно отстранилась.
— Нет. Мне надо знать!
По его лицу пробежала тень раздражения.
— Тогда мы узнаем правду, — с суровой властностью проговорил он.
— Каким образом?
Он пожал плечами:
— Я сам встречусь с Шакалом.
Малия улыбнулась:
— Ну конечно! Ведь в прошлый раз у тебя это так хорошо получилось!
Этот демонстративный выпад заставил его на секунду показать своё недовольство.
- Я был застигнут врасплох. Заверяю тебя, что больше это не повторится.
— Может, и нет, но Шакал ведь не станет отвечать на вопросы своего заклятого врага, верно?
— Ответит, если ему дорога жизнь.
— Ах, Господи! Но ты ведь не сможешь выбить из него правду! — Вспылила Малия. — Гораздо разумнее, чтобы вопросы ему задала я. Может быть, он ищет меня именно из-за этого. Может быть, эта женщина заплатила ему, чтобы он меня нашел.
— А может быть, она уже у него в лапах, — мрачно возразил он.
— Боже мой! Нам надо что-то делать!
— Малия, я уже обещал, что займусь этим. Предоставь все мне.
— Если ты настаиваешь на том, чтобы быть рядом, я не против, но разговаривать с Шакалом буду я сама.
Его глаза предостерегающе вспыхнули:
— Это решать не тебе.
— Я не допущу, чтобы ты подвергал опасности эту женщину из-за того, что тебе хочется наказать его. - Твердым шагом она направилась к двери.
— Куда ты пошла? — Прорычал он за спиной.
— Переодеваться.
В бессильной ярости Монах смотрел, как Малия удаляется из комнаты.
Да уж, я сумел все испортить. Конечно, виноват в этом не я один. Резко развернувшись, Монах наставил палец на меня.
— Ты! — Многообещающе выдохнул он. — Это все ты натворил!
С огромным усилием я поднял голову так, чтобы подбородок упрямо выдвинулся вперед.
— Эй, нечего винить гонца. Ведь это ты отправил меня в это проклятущее логово! Меня могли убить.
Монах
Я с яростью подумал: Жаль, что не убили. Я пошел искать Малию, надеясь провести остаток стремительно уходящей ночи в ее объятиях. Но теперь, похоже, мои шансы на нежные прикосновения близки к нулю. Конечно, ведь придется убеждать свою упрямую пленницу в том, что у нее нет ни малейшего шанса оказаться рядом с Шакалом.
— А вместо этого ты вернулся с фотографиями, которые наверняка отправят её прямо в руки врагов! — Прорычал я.
Филипп прищурился:
— А я бы сказал, что она уже в руках своих врагов.
— Поосторожнее, Фил!
— А ты можешь опровергнуть мое обвинение?! Это ты ее похитил. Это ты держишь ее в плену. Это ты используешь ее для своих целей!
Я с силой сжал кулаки. Только благодаря этому мне удалось не придушить наглеца. Я не нуждался в напоминаниях о том, что это я играю роль злодея в этом нелепом фарсе. Сейчас меня сильнее тревожили гораздо более опасные злодеи.
— Бояться ей надо Шакала, дурень! Он очень многим рискнул, чтобы заполучить её.
— Но все равно у тебя нет доказательств, что он собирается причинить ей вред.
Горя желанием кого-нибудь ударить или убить, я начал мерить шагами просторную кухню. Что за идиотизм! Я никогда не расхаживаю по комнатам! Это — признак недисциплинированного ума. Заставив себя остановиться, одарил несносного коротышку ледяным взглядом:
— Ты желаешь положиться на бандита, который уже показал, что не уважает законов?
— Я не имею желания полагаться ни на кого, — проворчал он. — Вы все славитись тем, что хитро поворачиваете любую ситуацию в свою пользу. Даже ты, мой друг!
— Если с Малией что-нибудь случится, я заставлю тебя за это ответить, — предупредил его. — Тебе не следовало показывать ей ту фотографию.
— Ты скрыл бы ее?
— Конечно. — У меня сжалось сердце при воспоминании о той робкой надежде, которая загорелась в ее прекрасных зеленых глазах. Я не могу допустить, чтобы этот ублюдок использовал ранимость Малии ей во вред. — Ни к чему было ее волновать.
Фил посмотрел на меня с откровенным недоверием:
— Но это может дать ей то, чего она хочет больше всего на свете.
Я с безжалостной решимостью отбросил слова друга. Шакал — умный противник, который пойдет на все, чтобы выманить её из этого надежного убежища. Нет сомнений, что это — просто еще один способ захватить женщину, которая ему так отчаянно нужна. Но если это не так… Сердце наполнилось холодным страхом. Если это не так, то я все равно не допущу, чтобы Малия от меня ушла. Сейчас она — единственное средство, с помощью которого можно заставить их уехать без кровопролитной войны.