Я тряхнул головой и взял со стола арбалет. В дверях показалась массивная фигура Давида.
— Я же тебя предупреждал: у меня нет настроения заниматься делами! — Зарычал я.
Он быстро поклонился, не сводя глаз со смертоносной стрелы.
— Подъехала машина, — сообщил он.
Нахмурившись, я обернулся к окну. Действительно, длинный сверкающий лимузин уже останавливался перед зданием. Только один человек мог осмелиться привлекать к себе столь неуместное и вызывающее внимание.
И эту личность мне сейчас хотелось видеть меньше всего.
— Черт! — Пробормотал я и отвернулся.
Снова посмотрев на Давида, швырнул арбалет на стол и заменил его двумя кинжалами, которые удобно вошли в ножны, прячущиеся под пиджаком.
— Выведи людей на улицу, и не возвращайтесь, пока я вас не вызову, — приказал я, отбрасывая волосы со лба.
— Вы хотите, чтобы мы спрятались?
Я ухмыльнулся при виде задетой гордости своего охранника.
— У этой женщины характер даже хуже моего, и ее не обрадуют новости, которыми я с ней поделюсь. Мне не нужны лишние смерти.
— А! — Давид судорожно сглотнул. — Хорошая мысль.
— Да.
Я мог положиться на то, что он соберет остальных людей и благополучно уведет из здания. Но конечно, это означало, что мне придется самому принять на себя гнев этой дамочки. Полуприсев на край стола, я постарался приготовиться к непростой встрече. Еще несколько секунд — и она прошествовала в комнату и остановилась прямо передо мной.
Любой другой мужчина при виде нее пал бы на колени. Она была не только ослепительно хороша в своих облегающих кожаных брюках и коротеньком топе, но и сама атмосфера вокруг нее была полна жаром чувственного призыва.
— Ах, Шакал! Все такой же умопомрачительно шикарный! — промурлыкала она, смело прижимаясь ко мне всем телом. — Мм! Но у тебя ведь найдется поцелуй для меня?
Я схватил ее за плечи:
— Не сейчас.
Прекрасное лицо женщины на секунду стало жестким, а потом она заставила себя напряженно улыбнуться.
— Все еще дуешься из-за того, что я отказываюсь предоставить тебе эксклюзивные права на мое тело?
Я картинно выгнул брови:
— Даже эксклюзивные права не соблазнят меня попробовать то, что имел каждый мужик на всех пяти континентах. - Неуловимо-стремительным движением она вскинула руку, чтобы отвесить мне оплеуху. Я принял ее удар с легкой улыбкой, которая была рассчитана на то, чтобы вызывать сильнейшее раздражение.
- Ты подонок! — прошипела она, а потом резко повернулась и прошлась по тесной комнатенке. При виде убогой обстановки на губах Александры появилась чуть презрительная улыбка.
И удивляться было нечему. Она была из тех, кто останавливается в самых престижных отелях, а не в трущобах.
— Где твои люди? — осведомилась она, наконец остановившись передо мной.
— Патрулируют на улицах.
Ее губы презрительно скривились:
— Ты опасаешься, что на тебя здесь нападут?
Я выпрямился и отодвинулся от стола:
— Я что, похож на глупца? Конечно, я опасаюсь нападения. Люди Монаха будут только рады уничтожить нас раз и навсегда.
— Расскажи мне про этого Монаха.
— Холодный и слишком высокомерный, чтобы понять, что ему место в могиле! — Огрызнулся я.
Я всегда ненавидел отца, а уж Монахом, долбанным повелителем вселенной, был сыт по горло. Мой резкий ответ заставил её рассмеяться.
— Ах, от тебя так и разит ревностью, Шакал. Этому парню действительно удалось пробраться тебе под шкуру и задеть за живое! Мне надо с ним встретиться!
Я заставил себя улыбнуться:
— Если хочешь, я могу устроить вам встречу, но должен тебя предупредить, что он явно предпочитает… более юную твою версию.
В комнате внезапно сгустился наэлектризованный жар. Александра с трудом справилась со своим диким гневом и пронзила меня обжигающим взглядом:
— Где эта девица?
— Малия? — Я демонстративно назвал ее по имени. — Сейчас ее здесь нет.