Что он несёт? Как я могу, я же здесь?!
- Если ты что-то сделал, я убью тебя, не смотря на то, что ты мой брат! - Угрожающе прошептал я.
- Расслабь булки! - Не сдержался Шакал. - Я её и пальцем не трогал! Она всё это время провела у Алана, с его невестой. - Друг кивнул. - Я хотел предоставить тебе лучших специалистов. У меня есть целые лаборатории. Но ты решил на всё положить и удариться в пьянство. Ничего не скажешь: герой! Бросил девочку и сидишь тут себя жалеешь. Сопли на ковер роняешь!
- Что ты сказал?! Жалею?! Я дал ей шанс быть счастливой!
- Я что на другом языке сказал? - Развернулся он к Алану. - Я не заметил, а вы? - Мужчины, как по команде, кивнули. - Так вот, Монах, если ты хочешь стать отцом, то самое время начать извиняться перед ней. Она настроена никогда не прощать этого, как она выразилась, мерзавца.
- Но как?!
- Как как, Монах, какая разница?! Возможно отец всё это придумал, для каких-то своих целей, но мы этого никогда не узнаем. Остаётся только пройти обследование.
- Допустим, - я всё ещё недоверчиво смотрел на него. - А тебе то что за выгода от нашего с Малией примирения?
- Скажу прямо, Красотуля, конечно, та ещё конфетка, но мне никогда не нравилось принуждать женщин.
- Да говори прямо, - усмехнулся я, - она тебя отшила.
- Да, но, я и сам бы отказался! - Шакал горделиво поднял подбородок. - Мне нужен был капиталл, сейчас я нашел лазейку в одном из пунктов завещания. Ну, не совсем я. Один мой знакомый. Я могу доказать, что Малия не дочь нашего отца, тогда завещание теряет основание.
- Как ты этого добьешься?
- Врач, который изменил ДНК Малии, работает на меня. Смекаешь?
- А ты ничего! - Я уважительно посмотрел на него. - Что дальше? Капитал делится между нами, как единственными родственниками?
- Да, - он развел руками в согласии. - Всё верно!
Стоявший рядом мужчина кашлянул, обращая на себя внимание.
— А, да! - Хлопнул себя ладонью по лбу Шакал. - Позволь тебе представить Николаса Верди, ведущего специалиста в области...
— Чёрт, Шакал, не зли меня! - Перебил его, устремляя взгляд на крупного добродушного мужичка. - У меня есть шанс? - Нетерпеливо спросил, подходя ближе. Врач снова прокашлялся, прежде чем начал говорить:
— Ну, всё зависит от некоторых факторов...
— То есть, точно вы не знаете? - Прошёл к бару и налил себе порцию коньяка. - Не хотите выпить друзья? - Осушив бокал, налил снова и, с размахом кинул в стену. Осколки разлетелись по комнате с громким звоном. Развернувшись к ним, тихо произнес:
— Пошли все вон.
— Монах... - Алан дал знак Шакалу выйти. - Монах, приди в себя. Ну, послушай... От тебя не убудет, друг... Попробуй! - Алан подошёл ближе и положил руки мне на плечи. - Этот врач - специалист. Он поможет, я уверен. Дай ему возможность провести полную диагностику. Николас сказал, что, если ты переболел свинкой в детском, а не подростковом возрасте, то вероятность бесплодия уменьшается в разы.
— И что это меняет? Я выгнал её! Она не простит!
— Монах! - В дверь, без стука ввалился Виктор. - Малия некоторое время назад села на самолёт в сопровождении своей матери. - Неожиданно в воздухе раздался оглушающий взрыв, такой силы, что с потолка посыпалась штукатурка.
— Узнай в чем дело и доложи! - Виктор метнулся в сторону двери, но ворвавшийся Шакал опрокинул его на пол. Его волосы взъерошены, великолепный костюм весь в побелке. Взгляд безумный. То ещё зрелище!
— Ну, что братец, кто-то из моих людей подпортил твой прикид? - Ухмыльнулся я.
— Самолёт... мне только что доложили, что взорвался самолёт. На борту была Малия. - Шакал в упор посмотрел на меня. - Мне очень жаль, брат!...
Глава тридцать четвертая
Несколько месяцев спустя
Монах
Не лучший денек, – со вздохом признал я. Откровенно говоря, денек был поганым. Достаточно того, что, очнувшись и оглядевшись вокруг, я понял, что лежу в холодном туннеле. Шикарный костюм, который был на мне, превратился в грязную тряпку, но хуже всего было то, что я совершенно не помнил, как здесь оказался. В туннеле было к тому же темно, но я, едва открыв глаза, сразу же заметил рядом с собой Шакала. Этого вполне хватило, чтобы испортить и без того плохое настроение.
– Просыпайся, – прошипел он. - Просыпайся, пьянь, черт тебя побери!
– Если ты еще раз назовешь меня пьянью, я закатаю тебя в асфальт, – проворчал, осторожно разминая шею. Кровь в голове все еще пульсировала в такт биению сердца.