Мне хотелось стукнуть ее по голове и за волосы вытащить из этого подземелья.
— Ищейка твоего отца нашел тебя, — ответил наконец я.
— А почему бы тогда нам просто не перенести тело? — Малия поморщилась, бросив взгляд на мать. - И зачем ищейке отыскивать Александру?
Я тихо зашипел и начал расхаживать по камере. Словно пантера в тесной клетке.
— Потому что он наемный убийца. И не только...
— Наемный убийца?!
Я повернулся к девушке и пронзил ее долгим пристальным взглядом.
— Он был нанят кем-то, чтобы найти твою мать. И его ничто не остановит, пока он не найдет свою жертву.
— Его нанял мой отец, — прошептала Малия.
— Я тоже склонен так думать. И очень скоро он будет знать, где искать тебя.
Малия зажмурилась.
— О Господи!
— Мы должны идти.
— Но куда? — Она заставила себя открыть глаза. - Если он пришел за мной…
— Пока ищейка только выслеживает Александру. Но мы должны поторопиться. Мы не можем рисковать. Возможно, он уже связался с твоим отцом.
— А как же Шакал? — Малия нахмурилась, с запозданием осознав, что появление неизвестного может представлять опасность не только для нее. — Им ничего не угрожает?
Я покачал головой:
— Нет, ничего. Ведь Шакал — это Шакал. Если возникнет необходимость, он сможет защитить себя, собрав целый взвод.
Малия через силу улыбнулась.
— Очень удобно…
Глава сорок четвертая
Вальдос
Скромный деревянный дом, затерявшийся среди пасторальных пейзажей, совсем не походил на Авалонскую крепость. Старая покосившаяся постройка, обставленная такой же старой растрескавшейся и обтрепанной мебелью. На некогда белых стенах висело несколько вышитых крестиком картин, окна закрывали занавески из полосатой льняной ткани, но эти признаки уюта никак не могли уничтожить ни сырость, постепенно приводившую в негодность дерево, ни мышей, которые, казалось, навеки обосновались в подвале. Кроме того, повсюду чувствововался резкий запах апельсинового дерева, под которым,... я похоронил одного недоноска.
Я решил поселиться в такой лачуге только потому, что этот полуразвалившийся дом располагался в очень уединенном месте и достаточно далеко от города, так что я мог продолжать свои поиски, не опасаясь, что меня кто-нибудь обнаружит. Лежа в постели в спальне наверху, я старался не обращать внимания на толстый слой пыли на полу и влажную плесень на стенах. В данный момент я был слишком утомлен, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Я был настолько измучен, что даже не мог сбросить с себя лоскутное одеяло, которое старуха-прислужница накинула на моё голое тело. Впрочем, даже остававшихся у меня сил было достаточно, чтобы убить большинство моих недругов.
Потягивая маленькими глотками теплый чай с медом, помогавший хотя бы ослабить не унимавшуюся боль, я молча смотрел на старуху — та, шаркая ногами, входила в комнату. Клочки спутанных волос прилипли к ее черепу, и на ней сейчас было бесформенное платье, принадлежавшее старой женщине, жившей на этой ферме, до того, как я убил её. Даже ванна, принятая старухой, не смогла помочь, и вид у неё был по-прежнему отвратительный.
- Саймон сейчас явится, — проскрипела она. Взгляд ее слепых глаз был устремлен на меня.
— Хорошо. Приведи его сюда.
Она подняла свою узловатую руку.
— Ты еще слишком слаб. Нужно подождать.
Я зашипел в ответ на ворчанье старухи. Она брюзжала и скулила с того самого момента, как я приказала вызвать Саймона.
— Ты слышала мой приказ, ведьма?! — Вскричал я. — Приведи охотника ко мне!
Она с мрачным видом продолжала стоять у порога, и на ее уродливом лице застыло выражение недовольства.
— Нам не понадобился бы Саймон, если бы ты не убил Александру.
Я швырнул чашку с чаем в брюзжащую старуху. Она с легкостью уклонилась, и чашка ударилась в дверь. Старуха же хрипло рассмеялась. Я ужасно разозлился, когда узнал, что Александру держат в подвале. Не было способа определить её точное местонахождение и не было возможности вытащить ее оттуда, не подвергая меня недопустимому риску. Не оставалось ничего другого, как убить её. С помощью пульта управления.
— Я же тебе говорил, глупая ты тварь, что я не мог рисковать! — В ярости закричал я.
— Ты даже не знаешь, нашла ли она именно ту, которую ты ищешь.
— Теперь это уже не имеет значения, не так ли?
— Да, наверное. — Ведьма сокрушенно покачала головой, и пряди седых волос разметались вокруг ее морщинистого лица. — А теперь у тебя есть только труп, который ты не можешь ни о чем спросить и который даже не можешь найти. - Я откинулся на подушки, отказываясь поддаваться на провокационное брюзжание старухи. Я должен восстановить свои силы. А до тех пор я слишком уязвим.