— Еще? — Коварно протягиваю я.
Она качает головой, и я разочаровано смотрю на неё. Вздыхая, я продолжаю ползти вверх по её телу, располагая свои бедра напротив её, и переношу вес на локти, располагая их по обеим сторонам от её груди. Опустившись, нежно её целую, затем легко касаюсь уголков губ. С головой окунувшись в это удовольствие, я приподнял Малию, и она сразу же обхватила мои бедра ногами. Немного отстранившись, заглянул ей в глаза и медленно вошел в нее. И в тот же миг мы оба громко вскрикнули. На мгновение я замер, только сейчас осознав, что секс — даже с самой искусной любовницей в мире — был бы для меня тривиальным и пресным совокуплением, которое наверняка оставило бы совершенно равнодушным. Но секса с Малией я желал страстно. Это обладание было единственным, что могло по-настоящему затронуть моё сердце. Когда же она обхватила меня за плечи, я утратил последние остатки самоконтроля. Ее запах, ее жар, ее вкус — все это составляло настолько взрывоопасную смесь, что я понял: не смогу сдерживаться долго. Прижимая девушку и продолжая двигаться ровными мощными толчками, снова и снова испытывая наслаждение.
— Монах… — прошептала она, и, опустив голову, впилась зубами в моё плечо.
Ее укуса оказалось достаточно, чтобы все тело пронзило острое ощущение блаженства — я никогда ничего подобного не испытывал. Я глухо зарычал, и в тот же миг по телу пробежала дрожь, сопровождавшая мощнейший оргазм. В последний раз содрогнувшись, крепко прижал Малию и затих, наслаждаясь ощущением блаженства. В эти мгновения я знал, что буду защищать ее всегда и везде — целую вечность.
Когда я наконец пришел в себя, осторожно поднял её на руки и отнес свою прекрасную возлюбленную в ванную комнату, где усадил в горячую ванну. Поцеловав девушку, провел пальцами по ее лицу, покрытому крошечными каплями испарины. Я ждал, когда она заговорит или хотя бы поднимет ресницы и встретит мой взгляд. Но Малия упрямо не открывала глаза, и я, секунду помедлив, тоже забрался в ванну.
— Малия, в конце концов тебе придется посмотреть на меня, — прошептал, обнимая девушку и привлекая ее к себе. — Хотя бы скажи, что с тобой все в порядке. - Ее глаза распахнулись, но смотрела она не на меня, взгляд её блуждал по ванной.
Комната в основном была отделана слоновой костью и золотом со свойственной Шакалу тягой к роскоши. Потолок же украшали тщательно выписанные пухлые купидоны. Наконец ее взгляд остановился на мраморных статуях, стоявших в нишах. Каменные пары, слившиеся в любовном экстазе, переплелись в самых различных позах. Эти произведения искусства были выполнены в предельно реалистичной манере — так что на щеках Малии даже появился румянец.
— С чего бы мне быть не в порядке? — Пробормотала она наконец.
— Ну… возможно, в течение нескольких часов ты будешь испытывать небольшую слабость. Когда буду заказывать тебе еду, то попрошу, чтобы тебе принесли гранатовый сок.
— Я не чувствую слабости.
— Вот и хорошо.
Нагнув голову, я коснулся губами ее виска. Исходивший от нее запах мгновенно пробудил мои чувства, и я возбудился так быстро, что это стало неожиданностью даже для меня самого.
- Мне достаточно лишь твоего взгляда, чтобы захотеть удовлетворить свои...
— Значит, ты… удовлетворен?
Я поперхнулся, пытаясь подавить смешок. Разве она не чувствует моей насыщенности и удовлетворенности? Казалось, эти ощущения буквально заполнили все вокруг. Затем я понял: она опасалась, что я, даже насытившись, не присоединился к другим и не направится к тем девицам. Проклятие! Лучше уж прождать годы, чем лечь в постель с кем-нибудь, кроме этой девушки.
— Я совершенно удовлетворен. Полностью… — пробормотал я, касаясь пальцами крошечных отметин от пальцев на её шее. Вид этих красных пятен пробудил во мне чувство собственника, и я, повинуясь древнему инстинкту, утробно зарычал, заявляя миру о своих правах хозяина. - Я всегда готов для нового удовлетворения. Когда тебе будет угодно. Ты ведь не сожалеешь о том, что произошло между нами?
Малия долго молчала. Наконец со вздохом пробормотала:
— Полагаю, что нет.