- Я задала Вам вопрос, солдат. Будьте добры дать объяснения вашим пропускам. И не стоит паясничать. – он просто раздражает до невозможности. Настоящий демон!
- Дела, капитан Стрейс. – уже нагло улыбаясь ответил Эрик.
- Неужели столь важные? – с сомнением подняла правую бровь вверх.
- Поверьте мне на слово, капитан Стрейс. Вы же понимаете, что есть дела, которые никак нельзя отложить. Уж Вам ли не знать. – интересный намек.
- И что это за дела? – да что же это такое. Вопрос сам вырвался. Я ведь знаю, что у этих солдат есть личные задания от империи, и их нельзя разглашать. Да и вообще это меня не касается. Но почему так сложно контролировать свои эмоции и мысли рядом с ним. А уж язык так вообще живет своей собственной жизнью. Этот солдат словно играет на моих нервах, и я совершаю глупые ошибки.
- Это к сожалению скрытая информация империи. – спокойно и уравновешенно ответил солдат. Сразу видно, что у него то точно все эмоции под контролем. Ни один мускул не дрогнул. Мне бы поучиться так точно и четко давать ответы на все вопросы.
- И что же, ваши дела только на моих занятиях появляются? – а вот это вообще жалобно прозвучало. Аж самой от себя противно стало. Ну что же это я разговор не в то русло повела. Мне ведь совсем не это от него нужно.
- А может вы скучаете по мне, Ариана? – его голос дрогнул, а губы растянулись в легкой чарующей улыбке. Он даже немного подался вперед и замер в ожидании ответа. И взгляд прямо мне в глаза такой проникновенный. А может мне показалось.
- Будьте добры обращаться ко мне правильно, как положено по уставу академии. – строго одернула его. Ну и себя заодно. Понимаю, что сама виновата. Этот директор со своими приказами. Вообще не стоило, наверное, заводить этот разговор, но…
- Как скажете. Так что, капитан Стрейс? Вы скучали?
- Солдат Эрик Крузейро, вы будете не допущены к экзамену. – холодно отвечаю ему.
- На каком основании? – все также улыбается он, будто знает больше, чем я.
- Вы не сдали ни одну тестовую работу и отсутствуете на занятиях постоянно. Вы самый отстающий солдат в группе и директор просил провести с Вами беседу на эту тему. – ну не совсем так, конечно. Директор конкретно имен не называл. Но Эрик самый отстающий, так что с кем еще беседовать в первую очередь.
- Работы я все сдам. Они у меня есть. Принесу хоть завтра.
- Почему не сегодня? – ехидно уточнила я.
- Могу и сегодня. Если Вы хотите видеть меня этим вечером в своей комнате. – еще более обольстительно улыбнулся он. Я даже немного покраснела. Как-то забыла, что занятия уже окончены на сегодня, и сейчас почти наступил вечер. Глупо вышло.
- А как же пропуски? – сменила тему.
- На каждый пропуск, капитан Стрейс, у меня есть личное письмо советника императора. Вы можете поинтересоваться у директора Гвинеея, если Вам угодно.
Как интересно. Значит директор в курсе его пропусков и успеваемости. Чего же он тогда от меня хочет. Сам бы разбирался. Нашел тут крайнюю, как всегда. Видимо сам не хочет разбираться с сыном нашей элиты. Зато меня ему не жалко.
- Письма советника, то есть вашего отца? Как удобно. – ехидно заметила я.
- Как умеем, так и живем. – вновь тепло улыбнулся он.
- Это не делает вам чести, солдат. – гордо подвела итог, и собрала со стола свои учебные папки. Признаю, что разозлилась. Не знаю, что именно меня так задело. Возможно вся ситуация в целом. А может и дрожь, что разошлась по телу от его улыбки. Или его фамильярность. Но. На все то у него есть отмазки.
- Ради вас я исправлюсь, капитан.
- Не стоит утруждаться. – разговор был окончен, что я и показала всем своим видом. Солдат же так и остался неподвижно полу сидеть на парте, пристально изучая меня. Но мне это уже было не интересно. Я молча развернулась и покинула кабинет, оставляя его в гордом одиночестве. И уже в коридоре еле слышно прозвучало:
- Однажды Вы поймете, Ари. Обещаю…
* * *
Тремя часами после.
Кабинет лорда директора был просторным и светлым. Огромное окно во всю заднюю стену прекрасно освещало помещение, а бежевые стены словно задерживали свет внутри. Мебели тут было мало: лишь огромный шкаф во всю стену, с документами и личными вещами, два светло коричневых кресла, огромный деревянный стол и большой мягкий стул директора. Ах, да еще и скрытый бар в стене. Но об этом знали лишь немногие приближенные преподаватели.
Сейчас директор Гвинеей сидел в своем огромном и удобном кресле за рабочим столом и пристально разглядывал неожиданного и странного посетителя, что удобно расположился в одном из кресел напротив. В голове директора мелькали разные мысли, но он так и не мог понять ни причин столь странного разговора, ни истинных намерений собеседника. Это его и настораживало.