После того как группа успокоилась и выжидающе посмотрела на меня, я снисходительно улыбнулась и ответила, глядя в наглые глаза Ранги Тархана.
- Ну что вы, солдат. Моя детская психика просто жаждет подробностей. Особенно какие именно потребности воинов, как и чем именно удовлетворяли. - в группе повисла тишина. На лицах было удивление, и тем что я все еще здесь, и тем что уточняю то, о чем приличные дамы вообще не говорят, а лишь смущаются и краснеют. Но я не девица на выданье, а капитан армии, где разговоры были и по хуже, и вовсе не для девичьих ушей. Но так как я там была своим в доску пацаном, то меня никто не стеснялся, и я имела достаточно времени ко всему привыкнуть. А вот солдат Тархан к таким женщинам оказался не готов, и основательно задумался над ответом.
- Давайте я вам лучше покажу, капитан.
Смех стал неотъемлемой частью сегодняшнего занятия, но эта волна прошла быстрее первых двух. Видимо теперь им была интересна и моя реакция. Так что немного посмеявшись, они все уставились на меня. Было видно надменное выражение лиц всех присутствующих. Также читалась откровенная победа Ранги Тархана. Мол он поставил противника в тупик, я же пала к его ногам, что и требовалось доказать.
- Показывайте! - милостиво разрешила я, и улыбнулась во все тридцать два зуба, глядя на солдата в ожидании. Тишина. Он смотрит на меня, я на него. Группа на нас.
- Мы можем уединиться после занятий. - неуверенно проговорил солдат Тархан. Потом подумал и уверенней добавил: — либо, в принципе пойдемте прямо сейчас, если вам так не терпится, капитан Стрейс.
- Солдат Тархан, мне на столько не терпится, что показывайте прямо здесь и сейчас!
- Но...
- Что?
- Мисс Стрейс...
- Капитан Стрейс! - выделила я первое слово, в надежде что оно пробьет броню скудоумия у перекаченного тестостерона. Эх, мечты!
- Капитан Стрейс... - и парень замолчал. Стоим. Молчим. Лично я жду. Лично он видимо ищет варианты ответа. Не находит. Еще бы, начать показывать здесь не позволяет воспитание. Извиниться – не позволяет гордость. А найти выход не дает нехватка ума. Но мыслительный процесс идет. Видно по морщинам на лбу.
- Нечего показать? Или у вас проблемы с потребностями? – устала ждать чуда я, когда поняла, что мыслительный процесс солдата зашел в тупик.
- Что? Да я.... да Вы... да как Вы смеете? - возмутился оскорблённый солдат, в то время как остальные уже потешались над ним и его мужскими возможностями. Как мало группе нужно для счастья, всего то повод посмеяться.
- Ну раз этот вопрос решён, то вернёмся к нашему занятию. - холодно произнесла я, тоном что не терпел возражений и ввёл в ступор учащихся. — Кто скажет между кем было сражение под Олой?
Тишина была гробовая. То ли они не знали кто сражался, то ли до сих пор осмысливали как именно решился вопрос их товарища. Но никто почему-то не отвечал.
Я внимательно осмотрела группу и заметила одного учащегося, рассматривающего птиц за окном с таким интересом, будто они ему сейчас шпаргалки с ответом на мой вопрос пишут. Мне прямо даже интересно стало и тоже захотелось взглянуть.
- Ваше имя солдат! - строго обратилась к нему и подошла ближе, останавливаясь прямо перед ним. Точнее напротив окна. Что удивительно, там никого не наблюдалось.
- Солдат Ирден Гаван! - произнёс он, глядя уже на меня, что не могло не радовать.
- Вставайте, когда к вам обращается преподаватель, солдат Ирден Гаван! – нет в академии не было четких правил, что нужно вставать, к примеру, задавая вопросы, или беседуя. Наоборот, мы старались общаться с учащимися в непринужденной обстановке, так информация лучше усваивалась. Но когда учитель подходит непосредственно к Вам и обращается, то ты обязан подняться, в знак уважения и внимания, так сказать.
- С чего бы? - и вот это меня обидело. А мы ведьмочки народ впечатлительный местами. Не то чтоб злобный, но мстительный. И во время нашего не наилучшего настроения на эту самую месть лучше не нарываться.