- Да! – уверенно выпаливает, а прерывистое дыхание выдает её нескрываемый нервяк, голубые глазки носятся по моему лицу, изучая мою ледяную улыбку.
Ныряю в её волосы, затягивая в кулак, приподнимаю к своим губам.
- Ты сама выпросила, сука! – шиплю, окидывая жестким взглядом, резко разворачиваю её к стене, зажав между собой и прохладной мокрой плиткой.
От неожиданности и удара, взвизгивает.
- Давай-ка на будущее уяснишь несколько правил! – ногами раздвигаю ее трясущиеся голени, опускаю голову к её шее, обвожу языком напряженную вену.
- Ты никогда и не при каких условиях, без моего разрешения не заходишь в мою спальню! Если ты думала, что после свадьбы я стану делить с тобой ложе и превращусь в ручного волчонка, ты крепко ошиблась, детка! Я диктую правила, и пусть ты долбанная Избранная, этого ничего не меняет, – медленно произношу, уминая подрагивающее тело, втягиваю носом её страх.
- То, что ты меня хочешь, это голимый пиздеш, а я от этого ЗВЕ-РЕЮ! Ты, сука, хочешь признания и всеобщего обожания! – проталкиваю мокрые пальцы в её тугую плоть, разминая упругие горячие стенки, - Не думай, что своей киской ты меня привяжешь к себе, она мне нужна лишь для наследника, – вжимаю ее голову к стенке.
Вздрагивает её тело, охватывая неконтролируемой дрожью. Упирается руками в плитку, пытаясь оттолкнуться.
- Я не хотела...
- И я, детка, предпочитаю грубый секс, – перебив её ненужный треп, рычу в ухо, руками сжимаю её миниатюрные бедра, тяну на себя.
Протискиваюсь своим горячим стоячим стволом к ее нетронутой киске и вставляю до упора, крепко держа, сопротивляющееся тело.
Вхожу жестко, грубо, распаляясь под её рваные крики, впиваясь пальцами в нежную плоть.
Пытается вырваться из моей мертвой хватки, от чего яростнее трахаю Избранную сучку, намотав на кулак белокурые локоны.
- Ну что, я уже не такой милый сейчас?! – втягиваю острый запах её крови, порванной плевы.
Разворачиваю к себе, разглядываю её зареванные глаза, в которых бушует страх, вонючий липкий страх и горькое разочарование. Выпускаю свою ауру волка, продавливая, пожирая её душу. В ответ смиренно склоняет голову, покусывая губы, вызывая во мне лишь отвращение. Избранная – слабая бесхарактерная волчушка, в подчинении Альфы.
Подкидываю на руки дрожащее тело несу в спальню, бросаю на кровать.
Раскидываю в стороны ноги, вставляю в нее член, грубо растягивая и разрывая её внутренние ткани. Молодое тело содрогается под натиском моих беспощадных ударов, из красных губ вылетает истошный крик, жалобный взгляд умоляющий зверя остановить эту пытку.
Смотрю и наслаждаюсь её болезненной агонией, её всхлипами, её катящимся, по розовым щечкам, слезам, которые я слизываю, упиваясь её мучениям и меня прет от этого!
Огнем заволакивает глаза, жар проносится по телу, напряженным мышцам. Ощущение маниакального превосходства и господства тьмой обволакивает сознание, лишая разума.
Вторгаюсь в беспомощное тело с неимоверной силой и озлобленностью, сжимая до хрипов её шею. Трахаю со звериной силой, сдавливая крепко в своих руках, впиваясь горящими глазами, в её трагичный взгляд, вздрагивающие брови, вслушиваясь в протяжные хрипы.
Кончаю в неё глубоким толчком, уминая в пальцах её розовые напряженные соски.
- Вот и познакомились, – прерывисто дыша, прикусываю пульсирующую вену на шее.
- Ты не оставишь на мне свою метку? – садится, притягивает к груди простынь, уставившись обреченным взглядом, хлопая мокрыми ресницами.
- С чего бы, – усмехаюсь, направляясь в ванную, – Волк тебя не признает, Вики, ни тебя, ни твою волчушку.
Простояв недолго под душем, вылетаю в комнату, вспомнив про заседание.
Мимолетным взглядом окидываю Вики, все-еще сжимающую простынь, теребя в своих кулочках шелковую ткань.
- Какого черта здесь тусуешься? Добавки на сегодня не жди, – торопливо застегиваю пуговицы на рубашке.
- За что ты так со мной? Ты был так обходителен при знакомстве, – всхлипывает, опускает голову.
- Бляя, – выдыхаю, вот обьяснялки в мои планы точно не входило, – Вики, а чтобы изменилось, если бы не был обходителен? Да ни-хуя! – подхожу к ней, утягивая её подборок вверх, – Я с тобой такой, какой есть, я не зайчик в ванильном сиропе и прекрати уже верить в сказки, – глажу её щеку ладонью, стирая катящиеся слезы, которые меня больше раздражают, чем трогают.
Выхожу из комнаты, подбегает запыхавшийся дворецкий.
- Добрый день Лексий, вас ожидают в зале заседаний, – взволнованно пыхтит.