— Почему ты решила, что мы охотники? — поднял одну бровь Маркос.
— Обычный человек даже не подозревает, что вампиры существуют. А вы знаете про них и убили одного из них. Вывод один: вы охотники на вампиров.
— Мы не охотники, — Ришард пристально смотрел на мою реакцию, говоря это. — Мы — вампиры.
— Что? — я отползла на кровати подальше, потому что поняла, что они действительно больны, если верят в это. — Вы больные на голову! — от ужаса вырвалось против моей воли.
— Она нам не поверила, — разочарованно пробормотал Маркос и резко подался вперед, опираясь кулаками о кровать и оскаливая зубы.
— Ой, — пискнула я, ошарашенно, на большее меня не хватило.
Зубы у Маркоса были идеально белые, но ни это меня ошарашило. Клыки! Там, где у людей были маленькие клыки, у него были они длинные и острые! И не только это испугало меня. Его глаза сияли синим! Как будто в его глазах были маленькие неоновые лампочки, которые по желанию он мог включать. Но такого не может быть, поэтому…
— Вы — вампиры? — прошептала я, застыв в одном положении, пока сердце бешено билось в груди.
— Вот теперь она верит, — Маркос выровнялся и сел обратно в кресло.
— Зачем ты ее напугал? Ведь все можно было сделать по-другому, — в голосе Ришарда явно слышалось горечь и переживание.
— Зачем я вам? — прошептала я, чувствуя, как горячие слезы текут по щекам.
Сейчас я поняла, что все, что они говорили, правда. Конечно, человек может сходить к специалисту и сделать себе «вампирские» клыки, но почему-то эту мысль я отбросила.
— Не плачь, Лина, — я заметила, как Ришард встал и сделал пару шагов ко мне.
Я с опаской посмотрела на него. Заметив мой испуганный взгляд, Ришард остановился. У него было странное выражение лица, как будто он действительно переживал за меня, как будто ему было не все равно: боюсь я или нет.
— Так, успокойся, — спокойный голос Маркоса отвлек меня от Ришарда.
И что странно, после его слов, я действительно успокоилась. Я остерегалась их, но уже не боялась, мне не хотелось бежать от них, куда глаза глядят. Я удивилась этой резкой перемене.
— На меня напал вампир, — проговорила я, и моя рука тут же метнулась к шее.
Как и прежде там не было шрама.
— Почему, — спросила я Маркоса, опуская руку. — Зачем вы его убили, если сами вампиры? Вы же любите убивать людей, так? Но вы спасли меня, человека. Ничего не понимаю.
— Любим, — фыркнул Маркос. — Если мы убиваем людей, то потом заметаем следы. А тот вампир был одичавшим, а одичавшие не подчиняются нашим законам. Они убивают, насилуют, не убирая за собой. И это привлекает к нам, вампирам, ненужное внимание. Поэтому мы убиваем их, одичавших. Но не сразу.
— Понятно… — я кашлянула. — Не подумайте не правильно, я благодарна, что вы спасли мою жизнь, но когда я смогу вернуться домой? Я здесь уже два дня, мне надо домой. Родители будут меня искать.
— Ты не можешь отсюда уйти ближайшее время, — проговорил Маркос.
Кровь заледенела от его слов, а сердце пропустило удар, от осознания, зачем я им.
— Я заложница здесь для ваших утех?
Маркос странно на меня посмотрел, как будто я сказала бред, и отрицательно покачал головой:
— Нет. Ты здесь не для этого.
— Зачем я тебе тогда нужна?
— Ты мне не нужна, — сделал он удар на слове «мне». — Просто ты в опасности и мы хотим, чтобы ты была жива. Сейчас развелось много одиночек и одичавших. И они собираются в группы, чтобы подорвать мое правление кланом. Ришард моя правая рука и лучший друг, и они решили начать с него.
Его слова не имели никакого смысла, что я и сказала.
— Ты только сегодня узнала про вампиров, и уже хочешь все понимать? — одна из его бровей приподнялась, а в глазах была усмешка.
— Эта комната — моя камера?
— Нет, ты можешь свободно передвигаться по особняку и его территории, — проговорил он спокойно, — но тебе не позволено выезжать в город. Это для твоей безопасности.
— Родители будут искать меня. И на работе тоже.
Маркос подался вперед, пристально наблюдая за мной, наверно, он ждал того момента, когда я подорвусь, чтобы убежать:
— За родителей не волнуйся. Мы уже все уладили.
— Что вы с ними сделали? — страх за родителей как лиана обвил сердце, заставляя его сильнее биться.
— Ничего страшного мы с ними не делали. Так внушили им кое-что.
— Внушили? Вы покопались у них в голове?
— Успокойся, с ними все хорошо.
И опять не понятная перемена во мне. Я все еще переживала за родителей, но все же мне стало «легче» дышать.
— А что с работой?
— Не волнуйся об этом, — кратко ответил вампир, все еще не сводя глаз с меня.