— Не переживайте, мэм, пятно отстирается — девушка убрала салфетки со стола.
Как я и ожидала, на белой скатерти осталось красное пятно.
— Хотите я вам налью?
— Да, спасибо, — я смущенно улыбнулась ей.
Девушка взяла графин, но не успела она налить мне в новый бокал, который поставила на стол, как Аня резко встала из-за стола и побежала к Маркосу. А через несколько секунд я вскрикнула от неожиданности.
Маргариту, которая спокойно сидела напротив меня, отшвырнуло в сторону. При этом стол пошатнулся и большинство бокалов, включая мой с соком, опрокинулись.
Не ожидая такого, я дернулась и посмотрела на Маркоса, который спокойно встал из-за стола. Пока он подходил к вампирше, в комнате стояла гробовая тишина. Мужчина встал возле девушки, которая с ужасом смотрела на него.
Я смотрела на них обоих и не понимала, что происходит. Перевела взгляд на Аню. Девочка стояла возле стула Маркоса и смотрела на Маргариту, сложив ручки на груди. Как будто почувствовала, что я смотрю на нее, девочка побежала ко мне.
— Только, пожалуйста, не пей сок, — Аня схватила меня за руку.
— Хорошо, — ответила я, все еще не понимая, что происходит.
К этому времени Маркос дотронулся да Маргариты, и через секунду руки вампира загорелись синим пламенем. Вампирша сразу же отстранилась от него.
Маркос повернулся ко мне. Он внимательно всмотрелся в мое лицо, затем перевел взгляд на мою тарелку, которая была нетронута за весь ужин.
— Ева, убери всю еду из-за стола и выброси ее, — обратился он к девушке, которая все так же стояла возле меня.
После его слов, тарелку передо мной унесли.
— Эрика, уведи Аню отсюда.
Девушка подошла к девочке и, взяв малышку за руку, увела прочь из столовой.
— Я вроде тебя уже предупреждал, Маргарита, — спокойно обратился он к вампирше, которая застыла в одном положении, — если еще хоть раз соберешься навредить Лине, чтобы ты подумала десять миллионов раз.
Я в замешательстве огляделась. Вампирша хотела мне навредить? Меня охватила злость. Опять двадцать пять. Когда она уже успокоится? Ей еще не надоело? Я и Маркос уже не вместе, а она все отстать не может от меня?
Пока я размышляла, Маркос обошел девушку и встал сзади нее, положив горящие руки на ее плечи. Маргарита дернулась, но не смогла отстраниться. Синее пламя танцевало вокруг рук Маркоса, но не перекидывалось на вампиршу.
Маркос говорил спокойно, движения его были неспешными, можно сказать даже ленивыми. Все с интересом и с не понимаем наблюдали за ними, включая меня.
— Я вроде говорил, что если попытаешься, выгоню тебя из клана с меткой предателя. Так? — Маркос потянул девушку назад за плечи, вынуждая ее опереться на руки.
— Я не слышу.
— Да, мой господин, — голос Маргариты дрожал и был очень тих.
Маркос удовлетворённо кивнул и, обойдя девушку, присел напротив нее на корточки.
— Вижу, ты не боишься этого. А вот этого боишься? — вампир поднял руку перед девушкой.
— Нет! — прокричала Маргарита и упала на спину, прикрывая руками лицо. — Пожалуйста, не надо, — заскулила она.
— То, что сейчас произойдет, я хочу, чтобы стало примером для всех остальных, кто попытается перечить мне, — Маркос встал на ноги и сделал шаг назад. — Как ты хочешь, чтобы это произошло? Будешь стоять на ногах или сидеть на коленях? Не смотря на то, что ты выберешь, боль будет одинаковой.
Девушка убрала руки с лица и кинула взгляд на нас.
— Помогите мне, он хочет убить меня!
Я подозревала, на что намекал Маркос, но услышать об этом было все равно шоком для меня. Я попыталась встать с места и сделать что-нибудь, чтобы остановить убийство, но голос Ришарда остановил меня:
— Лина, сядь. Все уже решено. Какая бы причина не была.
— Но… — я присела опять на стул, с ужасом наблюдая за вампирами.
Я просто сидела и с шоком смотрела, как Маркос подходит к лежавшей на полу Маргарите. Огонь на его руках стал больше и как будто потек с его пальцев на Маргариту, которая, не отводя взгляда от пламени, стала лихорадочно отползать. Но ее попытка не увенчалась успехом. Огонь дотронулся до нее, и вампирша в агонии закричала.
Да, я не питаю добрые чувства к Маргарите, она меня доставала и всячески хотела навредить, но смотреть как она в агонии корчиться на полу, пока огонь сжигал ее тело, было выше моих сил. Я закрыла глаза и прикрыла руками уши, пытаясь огородиться от того, что происходило в столовой. С каждой секундой я все больше сжималась в комок, пока крики не прекратились. Я медленно открыла глаза, и от увиденного руки бессильно упали на колени.