Я немного удивилась ее реакции, но все равно не намеревалась сидеть здесь.
— Нет, спасибо. Лучше я сама. Я в этой комнате скоро на стены лезть буду, — я открыла дверь, которая через секунду закрылась перед моим носом.
— Лина, прошу, не ходи вниз.
— Эрика, а я прошу тебя отойти от двери.
Должна быть причина, почему девушка не хотела, чтобы я выходила, и мне захотелось узнать об этом.
Эрика опустила голову и отошла. Я открыла дверь и вышла в коридор.
Спустившись на первый этаж, я услышала со стороны гостиной стоны и смех. Наверно, в особняк приехали гости, и они не хотят, чтобы я маячила рядом, но, не подумав, направилась на шум голосов. Двойная резная дверь была приоткрыта. Я слегка толкнула ее, шире открывая, и встала колом от увиденного в комнате.
Комната была большой и шикарной в бордовый тонах. Перед большим французским окном стояли два больших дивана L-образной формы. Это все, что я успела заметить перед тем, как увидеть, кто сидит и что делает на этих диванах. В комнате было не меньше десяти вампиров. Но сколько точно — не знаю и знать не хочу. И, наверно, два десятка людей. Как я определила: кто люди, кто вампиры? Легко. У вампиров была кровь на губах. Они улыбались, разговаривали под тихую музыку, которую я не сразу заметила, не принужденно кусали людей. А люди, то лежали без сознания, то мило переговаривались с вампирами, то подставляли разные участки своего тела под острые клыки.
Я перевела взгляд от ужасной картины, которая была в середине комнаты, и увидела Маркоса. Он спокойно сидел в кресле возле окна и смотрел на своих гостей. Возле него стояла девушка, на ее шее виднелись следы от укуса. Рядом с ним на соседнем кресле сидел Ришард. Возле него не было никого, но губы и подбородок у него были в крови, и вампир, достав платок из кармана, стал приводить себя в порядок.
Я была в шоке и была ужасно напугана. Кровь в венах загустела и мне казалась, то я вот-вот упаду в обморок от увиденного. Никто из присутствующих не обратил на меня внимания, и я начала отступать, желая как можно скорее покинуть эту комнату, но в кого-то врезалась спиной. Я быстро развернулась. Передо мной стояла Маргарита. Она была в белом платье, на котором были красные маленькие пятна. Кровь. В руках она держала бокал с шампанским. Глаза ее были возбужденные и светились белым светом. Маргарита улыбнулась, и я увидела длинные клыки, которые были белоснежные.
— Не хочешь присоединиться? — спросила она, указав мне за спину. — Я думаю, ты будешь очень вкусной.
Я рванула от нее в холл. Мое сердце стучало как бешеное, и стук отдавался в ушах. Но я все же услышала смех Маргариты. Добежав до входной двери, я открыла ее. И, не закрыв ее, рванула, куда глаза глядят. Я была босиком, в легких шортиках и майке. На улице было прохладно, но мне было жарко от адреналина, который тек по венам. Я бежала вперед, не понимая, что впереди меня только ворота, которые были под охранной. Когда я все же поняла, что впереди нет выхода, резко затормозила и, поскользнувшись на траве, упала, подвернув ногу. От боли я прикусила кулак, чтобы заглушить крик. Кое-как встала и сделала один шаг, другой, пытаясь не наступать на больную ногу.
— Аделина! — услышала я крик Маркоса, который разрезал тишину как нож масло.
— Лина! — через секунду раздался голос Ришарда.
Я не хотела оборачиваться назад, но я знала, что они были совсем близко, поэтому быстрее зашагала вперед, хотя больная нога не давала мне сделать это быстро, как я того хотела.
— А-а-а! — закричала я от испуга и неожиданности, когда через секунду передо мной оказались Маркос и Ришард.
Я остановилась, выставив руки вперед, пока сердце бешено билось в груди.
— Не подходите, чудовища!
— Успокойся, Аделина, — сказал Маркос спокойным голосом и сделал шаг вперед: — Мы тебя не обидим.
— Ага, я видела, как вы людей не обижаете! — я сделала шаг назад, и встала на больную ногу: — Ай! — от боли нога подогнулась, и я упала назад.
Вампиры начали медленно подходить ко мне.
— Нет, — прокричала я и попыталась отползти от них, но почувствовала, как кто-то взял меня на руки.
— Нет. Отпусти! — я ударила в грудь кулаками, и мою руку пронзила боль, когда она стукнулась, казалось, об стену.
— Не буянь, — услышала я красивый, но строгий голос.
Я подняла голову и посмотрела в глаза Маркоса, и весь мой страх, весь мой ужас притупился. Но он все еще был.
— Пожалуйста, отпустите меня домой. Я никому не скажу про вас, — попросила, хотя нет, умоляла я.
— Успокойся, — Ришард шел рядом.
Вид у него был не лучше, наверно, чем мой. Он посмотрел на меня. У него был испуганный взгляд. Чего это он боится? Что я могла убежать и рассказать про них, вампиров? Да меня в психическую больницу сразу посадят, как только я про вампиров начну говорить!