— Но девушка, которую я смогу назвать своей, не должна быть шлюхой.
— Подожди, ты хочешь девушку девственницу? — спросила я, открыв глаза.
Маркос хотел мне ответить, но я вытянула руку, останавливая вампира, и продолжила, не давая ему сказать:
— Не, я поражаюсь вами, мужчины. Вы хотите себе девушку чистую, как ангел неземной. Но сами же портите этих ангелов, а потом выбрасываете их, как ненужную вещь! — горячо проговорила я.
— Лина! — громко, но нежно произнес Маркос, чтобы остановить мою тираду:
— Она может быть не девственницей, и даже иметь до меня сто мужчин. Но став моей, должна быть только моей. И больше ничьей, — уверенно произнес он.
Пристальные глаза Маркоса засветились, он посмотрел на меня. Во взгляде, направленным на меня, что-то промелькнуло, но понять, что именно это было, я не успела. От его взгляда бабочки затанцевали танго в моем животе. Я смотрела на него в ответ. И мне казалось, что я могу смотреть на него целую вечность. И мне будет этого мало. Мне казалось, что никого вокруг нас нет. Только он и я. Я перевела взгляд на его губы, мне захотелось его поцеловать. Сначала нежно прикоснутся к его губам, а потом набросится на них в жарком поцелуе. Желание было такое сильное, что я уже набралась храбрости поддаться вперед к его губам. И будь, что будет.
— Лина, — голос Ани, как гром среди ясного неба. Я вздрогнула и перевела взгляд на девочку, она протянула мне букет, который собирала ранее. — Это тебе.
— Ох, спасибо, — улыбнулась я и взяла букетик из её ручек.
Букет был из разных цветов: ромашек, клевера и васильков. Очень красиво. Я понюхала его, пах он слабо.
— Не за что! — улыбнулась она и, засмеявшись, побежала к воде.
Я положила букет рядом с собой и повернулась к Маркосу. Он смотрел на Аню. Я немного полюбовалась им.
— Так что произошла потом? — опять я вернулась к первоначальной теме.
— Не дослушав её истерики, ушел из дома Альварес. Семейство Альварес были наши общие знакомые, где мы были на дне рожденья. После этого я не видел её около полугода, пока однажды она не постучалась в мой дом. Дворецкий пропустил её и проводил в гостиную, — у Маркоса стал неясный взгляд. Он вернулся в прошлое.
***
Зайдя в комнату, Маркос увидел Алекс. Она была все так же прекрасна. Рыжие волосы были заплетены в сложную прическу, на Алекс было красивое пышное платье сиреневого цвета. Корсет подчеркивал её тонкую талию. Девушка стояла возле окна спиной к входу в гостиную, руки ее были сцеплены сзади. Вампир прошел к дивану и сел, облокотившись спиной. Алекс повернулась к Маркосу, подол её платья зашуршал.
— Добрый день, Габриэль, — поздоровалась Алекс с Маркосом.
— Здравствуй, Алекс, — кивнул тот головой.
— Как поживаешь? — Александра прошла к дивану и села на другой конец, разгладив складки на платье, и мельком посмотрела на Маркоса.
На кругловатом, смуглом лице девушки было очень много веснушек. Курносый носик, большие зелёные глаза, пухлые губки с чуть вздернутыми вверх кончиками, из-за чего казалась, что Алекс улыбалась.
— Хорошо, спасибо, что спросила. А ты? — спросил Маркос, потому что этого требовали нормы приличия.
На самом деле, как жила Алекс, ему было глубоко наплевать.
— Не очень хорошо, — посмотрела она на него, — но думаю, что скоро будет всё просто отлично.
— Ты по какому поводу пришла? — спросил вампир.
Ему было некогда с ней разговаривать.
— Я хочу подарить тебе подарок. Я думаю, увидев его, ты захочешь вернуться ко мне, — Алекс нервно поерзала по дивану.
Мужчина напрягся, чувствуя, что этот сюрприз ему не понравится, а он привык доверять своему чутью.
— И где же он? — поторопил Маркос девушку.
Алекс встала, прошла к двери и вышла из гостиной. Но она быстро вернулась, держа за руку маленькую девочку. Вампир встал с дивана и повернулся к ним. Девочка опустила низко голову, из-за этого волосы закрыли её лицо. Мужчина не мог, как следует разглядеть девочку. Все, что Маркос мог подметить — это длинные светло-русые волосы и детское зелёное платье, в котором девочка была одета.
— Вот это мой подарок тебе, — произнесла Алекс, а в Маркосе закипал гнев.
Алекс знала, что Маркос не одобрял обращения детей. Мужчина сжал кулаки от злости.
— Алекс, ты знала, что я против ребёнка, — проговорил медленно он, сдерживая себя. — Тем более мы расстались. И причем, очень давно. Обращение было зря.
— Но мы должны быть вместе! — прокричала Алекс. — Вместе, как семья! Я тебя люблю!