— Ответы придут в лучшем случае завтра с утра, Кейт, — мягко прошептал Дерек, приобняв меня, и я глубоко в душе отлично понимала, что он был прав. Но с собой поделать ничего не могла, как бы ни заставляла себя. — Пойдём в спальню… хотя бы полежишь.
— Я могу и здесь полежать, — безразлично прохрипела я, моля небо, богов, ещё кого-то, неизвестного и могущественного, чтобы мои близкие были живы. Хотя это и было лицемерно по отношению к близким остальных, потому что потеря — это всегда больно.
— Там тоже есть окно. Сова может постучаться в окно в спальне, и мы сразу получим ответ… — он попытался уговорить меня и приподнять с дивана, но я твёрдо помотала головой и скрестила руки на груди, потому что в окно небольшой гостиной совы стучали намного чаще, чем в окно нашей спальни. Дерек понял, что сейчас со мной бороться было бесполезно, поэтому скинул обувь, лёг на жёсткий диван и притянул меня к себе. — Ладно, полежим немного здесь. Ты не хочешь чего-нибудь?
Я снова помотала головой и прижалась к его груди, и совсем скоро тишина и темнота наступавшей ночи объяла нас целиком. Даже очередной шторм успокоился, и изредка доносился только протяжный вой ветра и шелест волн, на которых качалась Фелисия. Я на самом деле не спала почти всю ночь, слушая размеренное дыхание Дерека, но под утро моральное истощение дало о себе знать, и перед глазами начали мелькать неверные силуэты и пятна, как раздался требовательный стук.
Реакции тут же вскочить после бессонной ночи, конечно же, не было, но это довольно быстро привело в чувство. Дерек, казалось, тоже задремал, но громкий звук всё же услышал и с беспокойством посмотрел на меня. Я же кивнула и одним взглядом дала понять, что хочу узнать правду, любую, лишь бы больше не агонировать в неизвестности. И через две минуты у него в руках было письмо, которое принесла сова Дамблдора, и по первым строчкам мы сразу догадались, что написал его сам владелец птицы.
Дорогие Кейт и Дерек,
спешу сообщить вам одним из первых, что вчера вечером, примерно в одиннадцатом часу, скончался Стюарт Акерли. Флимонт Поттер случайно узнал об этом, когда пришёл сегодня с утра на службу. Судя по всему, по официальной версии он будет считаться пропавшим без вести, но Флимонт точно знает, что тело Стюарта сразу же доставили в Отдел Тайн. По этому поводу будет внеочередное собрание Ордена завтра, в семь вечера, будьте готовы.
С уважением,
А. Д.
Дочитав письмо до конца, я выдохнула. Трудно будет сказать, было ли в этом выдохе облегчение или сожаление, я и сама не знала наверняка, но мы наконец узнали ответ на главный вопрос последних часов. И мне было противно осознавать это, но глубоко в душе я радовалась, что Доусоны и Морган остались живы. Это было похоже на то самое, почти забытое мной чувство, когда я радовалась, что детей в приюте из-за голода и болезней становилось меньше, и на каждого выжившего выходило чуть больше еды. Это не была радость в полноценном её понимании, скорее, жалкая карикатура этого светлого чувства, которая поселяется в душе тогда, когда человек слишком долго живёт в нечеловеческих условиях. Жестокий закон природы: или ты, или тебя… и именно этот закон воспитал человека, из-за которого теперь умирали сотни невинных людей.
Подняв взгляд на Дерека, я поняла, что в его душе творилось примерно то же самое. Что ж, никто из нас не идеален и печётся в первую очередь о себе и близких, такова жизнь. Но Акерли на самом деле было жаль, он… пусть мы и не смогли узнать его достаточно хорошо, но он, рискуя жизнью, помогал нам… он точно не заслужил такой участи. Только вот как он умер? К его смерти приложил руку сам Том или это дело рук одного из приближенных Пожирателей? Эйвери, например?
— Странно, что его тело доставили в Отдел Тайн, причём так быстро… — спустя несколько минут молчания протянул Дерек, перечитав ещё раз коротенькое письмо. — Зачем им это, если… если его убили… специально? Или они хотят получить что-то… ещё?
Я глубоко задумалась над его словами, и чем больше было мыслей, тем больше душой овладевал страх. Акерли был одним из первых членов Ордена, и он знал… если не всё, то многое. Он знал, что мы с Дереком сожгли поместье Бёрков вместе с нашим предком-некромантом, что мы убили Аминту в Тайной комнате, знал, где прятались маглорожденные дети в Хогвартсе… он знал, что мы уничтожили крестраж Тома. Чёрт возьми, да он знал, что мы вообще охотились за этими крестражами! Распахнув глаза от ужаса, я уставилась на Дерека, понимая, что если Том с помощью пыток или легилименции смог добыть всё это, то… можно было завтра никуда не идти. Акерли отлично знал адрес дома Дамблдора, где проводились собрания, и из его воспоминаний легко было выудить всех участников Ордена. Том с лёгкостью может перепрятать оставшиеся крестражи или держать их всё время при себе, и тогда… тогда всё пропало.