— Не думаю, что всё потеряно, Кейт, — заметив моё выражение лица, тихо проговорил он и взял меня за дрожащие руки. — Здесь явно не всё так просто… зачем труп доставили в Отдел Тайн, причём сразу же? Поттер сообщил об этом всём Дамблдору… ты думаешь, ему дали бы сделать это, если бы узнали правду? Я уверен, что Флимонт мелькал во многих воспоминаниях Акерли, но…
— Это может быть очередная ловушка, — прохрипела я, прокручивая в голове сотни вариантов развития событий. — Это может быть ловушка… для нас. Если бы они сейчас убрали и Поттера, то остальные члены Ордена сразу спрячутся, это логично. Том может сделать так, чтобы мы подумали… что он ничего не знает, а сам нападёт на дом Дамблдора, когда там будет собрание… когда туда приду я. Он разом уничтожит всех врагов и вернёт меня… подумай сам…
Дерек тяжело вздохнул и крепко сжал мои ладони, и по этому жесту я догадалась, что такое могло быть. Это было вполне в духе Тома.
— Надо написать Дамблдору и рассказать о наших догадках, — наконец проговорил он, тоже просчитывая ходы в уме. — Пусть перенесёт штаб-квартиру Ордена в другое место, пусть… пусть пока не созывает собраний… надо подождать и посмотреть, что будет делать Том дальше.
Я кивнула, вполне согласная с такой стратегией, и Дерек встал с дивана и направился к письменному столу, чтобы написать наш ответ. А в это время пришло ещё два письма, с разницей буквально в несколько минут, от Кассандры и Моргана, в которых говорилось, что с ними всё хорошо. Но они, наверное, и представить себе не могли, какая же опасность нависла над всеми нами, если Том смог выудить из Акерли хотя бы одно воспоминание…
Весь оставшийся день мы почти не разговаривали, просто сидели в гостиной, и каждый думал о чём-то своём, хотя подозреваю, что наши мысли всё равно были примерно в одном направлении. И я сама не заметила, как после обеда провалилась в тревожный сон.
Вокруг было темно. Но всё же это была не такая темнота, к которой я уже успела привыкнуть на яхте Дерека. Вместо маленьких окошек были просторные окна в пол, сквозь которые проникал тусклый уличный свет, а напротив меня была стеклянная дверь, ведущая на балкон. Подняв голову, я заметила бархатный балдахин, цвет которого было трудно угадать в сгущающейся темноте, но я почему-то знала, какого цвета он был. Зелёного.
Внутри ледяной жидкостью начал разливаться страх, я всё больше узнавала и невероятно мягкую постель, и очертания мебели, которая была словно перенесена из восемнадцатого века. Вдруг из-за туч выглянул бледный лунный диск, и мягкий свет залил просторную спальню, давая осмотреть все детали. Я с широко выпученными глазами огляделась и собралась уже вскочить с кровати, как заметила на пороге спальни тень. Силуэт. В горле застрял крик, а фигура в чёрном сделала два шага вперёд, и горящие огнём угольно-чёрные глаза не мигая смотрели на меня, будто обвиняя в чём-то, а бледное красивое лицо в лунном свете было похоже на восковую маску. Я дёрнулась и перевела взгляд за его спину, на выход, и Том медленно покачал головой из стороны в сторону, как бы говоря этим, что сбежать у меня не получится…
— Кейт, Кейт, проснись! — голос Дерека вырвал меня из пелены сна, и я крепко обхватила его за плечи и стала озираться по сторонам, жадно хватая ртом воздух. — Кейт, ты кричала…
— Прости, — прошептала я и, поняв, что никакой фигуры в чёрном поблизости не было, а снаружи в окна бились брызги от волн, стала понемногу успокаиваться. Всем телом прижавшись к Дереку, я закрыла глаза и пыталась унять мелкую дрожь. — Прости, я…
— Что тебе приснилось? Расскажи мне…
От его объятий сразу стало тепло, и леденящий душу страх постепенно исчезал. Я немного полежала вот так, греясь и успокаиваясь, а после вполголоса сказала:
— Мне приснилось, что я опять оказалась в доме Тома… в нашей спальне. Боже, Дерек, я так боюсь, что он найдёт меня и снова запрёт там… мне холодно от одного только воспоминания об этом жутком доме… я не выдержу этого второй раз…