Вот теперь до меня окончательно дошло, что же хотел сделать Дамблдор, но я всё ещё не понимала… зачем ему было нужно наше одобрение?
— Это немного… подло по отношению к другим, — поджав губы, деликатно заметил он на мой немой вопрос. — Я не собираюсь поднимать этот вопрос при всех, а… должен буду сделать это за спинами у тех, кто отчаянно помогает нам. И мне нужно ваше одобрение. Один я… мне будет очень тяжело решиться на подобное, поймите меня.
«Дамблдор просто хочет, чтобы мы разделили груз его вины, — подумала я, а голова так и гудела от различных мыслей. — И это на самом деле подло… Акерли умер, защищая наши секреты, а он… А с другой стороны, если Том доберётся до того, кто знает про крестражи, до Грюма, например, или Поттера, тот вообще постоянно крутится в змеином гнезде, то всё пропало. А так есть хотя бы небольшой, но шанс… выиграть».
Ничего не говоря, я перевела взгляд на Дерека, пытаясь по выражению его лица понять, какую позицию занимал он. Но получалось откровенно плохо: Дерек всегда умел держать свои эмоции при себе, и сейчас у него ничего, кроме задумчивости, написано не было.
— Я могу дать вам немного времени, чтобы поговорить вдвоём, — заметил Дамблдор, встав из-за стола. — Понимаю, это не самый простой выбор, и надо всё как следует обсудить… Пойдёмте, Арфранг, выпьем чаю…
Даже когда дверь хлопнула, и мы остались одни, я не решилась заговорить первая, хотя решение было, в общем-то, очевидно. Но в душе было так противно, это же фактически обман, и теперь стало понятно, почему Дамблдор решил переложить ответственность в наши руки — одному мириться с подобными вещами было трудно. Дерек тоже немного помолчал, а затем кашлянул и спросил:
— Что думаешь, Кейт?
— У нас нет выбора, — покачала головой я, хотя выбор-то был, но… — Дамблдор прав, никто, кроме нас, об этом знать не должен. Лучше стереть всем память и искать крестражи в одиночку. Так у нас хотя бы есть шанс. Зря я вообще рассказала о них на самом первом собрании… но тогда надо было, чтобы Дамблдор поверил мне… а без такой информации он бы вряд ли согласился помогать нам.
Дерек молча внимательно посмотрел мне в глаза и поджал губы, будто от неприязни или горечи.
— Неприятная ситуация, — хрипло пояснил он, и я вздохнула:
— Думаю, дальше будут ещё хуже. Но мы должны это сделать, риск слишком велик.
— Должны будем без ведома остальных зачистить им память и врать, что ничего не произошло. Дальше сидеть на собраниях, слушать известия о том, как люди умирают за нас, и… и скрывать, ради чего всё это нужно.
— Люди так и так будут умирать, пока Том у власти, — тихо проговорила я, взяв широкую ладонь Дерека в свои руки. — И если ради того, чтобы остановить его, нужно стереть память у друзей и молчать… значит, это надо сделать. Вот зачем он пригласил Долгопупса…
Да, теперь окончательно стало понятно, зачем на таком важном закрытом собрании оказался талантливый стиратель памяти. И Дамблдор вряд ли бы пригласил его сюда, если бы не был уверен, что мы в конечном счёте согласимся. Но вот что он собирается делать с самим Арфрангом? Тот ведь тоже постоянно крутится в министерстве, и его легко могут поймать!
— Надеюсь, вы уже всё обсудили? — спустя десять минут гнетущей тишины в кабинет вернулся глава Ордена вместе с помощником, и я с тяжёлым вздохом сказала:
— Да. Мы согласны, сэр, что это сделать необходимо. Только… — переведя взгляд на Арфранга, я смущённо замолчала, и тот, обо всём догадавшись, робко улыбнулся мне, будто моя мысль была сама собой разумеющейся.
— Я помогу вам одновременно незаметно изменить память всех собравшихся сегодня, а потом профессор Дамблдор быстро сотрёт память уже мне, с одним человеком справится даже не-специалист. И я бы попросил, сэр, чтобы вы убрали воспоминания и о… сегодняшнем разговоре. Не хочу помнить, что я сделал что-то подобное, лучше и вовсе ни о чём не знать.
— Как скажете, Арфранг, это ваше право, — проницательно посмотрев на него, согласился Дамблдор и перевёл просвечивающий взгляд на нас. — Дерек, Кейт, с сегодняшнего дня вы будете одни. Вы можете по-прежнему приходить на собрания и слушать обо всём, что мы делаем, но больше никто не сможет помочь вам в поисках. Сомневаюсь, что даже я смогу чем-то помочь вам, хотя отказываться, конечно, не буду… но вам придётся нести это бремя одним и работать крайне аккуратно.