Я медленно кивнула, действительно припомнив пару неловких разговоров в библиотеке, где безвылазно пропадала, а Питер ещё чуть покраснел и пробормотал:
— Так вот, когда я уже собрался с духом, меня выловили парни со Слизерина и… скажем так, намекнули, что тебя лучше не трогать. И я испугался… прости.
— Да-а-а… ничего страшного, — выдавила я, только сейчас осознав, что моя личная жизнь в школьные годы не клеилась не только из-за моей природной нелюдимости, но и из-за кое-чьих стараний. А затем перевела взгляд на Дерека и одним взглядом дала понять, что слышу об этом впервые. Задорные золотистые крапинки в его глазах так и заблестели, а в уголках собрались складочки «смеха», наверняка в этот момент мой растерянный вид был довольно забавным.
— А когда мы стали старостами, ты… ты была беременна, и я… — Питер вконец замялся, но всё же взял себя в руки и как ни в чём не бывало спросил: — А кстати, как поживает твоя дочка? Ей же сейчас… семь, да?
— Да, — выдохнула я, мигом посерьёзнев. — Она… она сейчас… с отцом… с Томом. Я давно их не видела.
Он крайне удивлённо посмотрел на меня и только через минуту смог пробормотать:
— Но… но… но он же… погиб. Я читал об этом в газетах… мне так жаль…
Догадавшись, что мой бывший сокурсник был не в курсе положения дел, я тяжело вздохнула и уселась в пустое кресло между Кассандрой и Морганом, а Дерек подсел ко мне и приобнял, хотя в его невозмутимом виде не было ни капли ревности. А когда Питер с немым вопросом повернулся ко мне, то я горько ответила:
— Мой дорогой супруг, Питер, живее всех живых и сейчас перекраивает магический мир… разве ты этого не заметил?
Какое-то время он ошеломлённо застыл на месте, пытаясь, видимо, переварить полученную информацию, а затем повернулся к Дамблдору, тихо разговаривавшему в другом углу с парой человек. Но только тот открыл рот, как мистер Бингли, американский шпион, воскликнул:
— Целитель Реддл, откуда у вас эти часы?!
Вот теперь в гостиной установилась идеальная тишина, и все взгляды были устремлены на меня и Бингли. Но я снова недовольно поджала губы и ядовито процедила:
— От моего дорогого и любимого супруга, разумеется. Подарок на совершеннолетие. Или вы ещё не поняли, мистер Бингли, как мой муж любит издеваться надо мной?
— Мистер Акерли погиб, как вы и сказали, ровно в десять двенадцать, — без тени улыбки проговорил он, так и просверливая взглядом, но я ошеломлённо выдохнула:
— Откуда вы знаете?
— У меня такая работа — знать всё, что нужно, целитель Реддл. Но я сильно сомневаюсь, что существуют механизмы, способные вот так точно предсказать время смерти… скорее, я склоняюсь к версии, что об этом вы узнали непосредственно от супруга. Только не знаю ещё пока, зачем было нужно устраивать подобный спектакль на прошлом собрании.
«Приплыли», — обречённо подумала я, уже почти смирившись с мыслью о возможных нападках Грюма в мой адрес, а теперь, судя по всему, у него появился союзник. Но, собрав в кулак всю свою волю, я ледяным тоном заметила:
— Это ваше право, верить мне или нет, но мои часы действительно могут указать точное время смерти человека, которого я коснусь. Они уже не один раз делали подобное, когда я работала в Мунго, и теперь без ошибки указали на время смерти мистера Акерли… которого мне безумно жаль. Но я не собираюсь оправдываться и доказывать свою невиновность вам, мистер Бингли. Достаточно того, что профессор Дамблдор верит мне.
Как бы я ни старалась, но на последних словах мой голос дрогнул, и я быстро посмотрела в сторону главы Ордена Феникса, ожидая… поддержки. В конце концов, мы с Дереком согласились помочь разделить ему муки совести… пусть и он вступится за меня!
— Гилберт, я доверяю Кейт как самому себе, — мягко, но вкрадчиво заметил Дамблдор, выйдя в центр комнаты, чтобы хорошо видеть и меня, и моего оппонента. — И вам советую не сомневаться в ней, они… они с мистером Гампом очень сильно помогают нам всем.
— Чем это, интересно? — с вызовом спросил Бингли. — Я знаю, что целитель Реддл и целитель Гамп в бегах, и что их очень тщательно ищут. Но больше мне про них ничего не известно, а это заставляет задуматься.