— Гарольд, вы уже говорили с Бертильдой Рош? — жёстко спросил я, и Фоули сразу же ответил:
— Да, милорд.
Я вместо уточняющего вопроса изогнул бровь, и он, сообразив, что мне недостаточно информации, добавил:
— Мистер Пауэрс фотографировал с высоты военные советские базы… и уже не в первый раз. Их президент-магл настроен решительно, власти Союза уже высказали… недовольство, если это можно так назвать, и она… она готова поддержать конфликт и просит помощи.
Теперь я молча перевёл взгляд на Шмидта, так как это он в большинстве своём сейчас занимался делами на международной арене, но тот развёл руками.
— Я же говорил вам, милорд, что они и без нас найдут повод сцепиться. Это не мои происки, не думайте, я действую более аккуратно. Мой осведомитель пишет, что верхушка Союза буквально кипит, и конфликта будет трудно избежать… А госпожа Рош настроена решительно — или мы с ней, или мы за коммунистов, хотя с магическим правительством Союза у нас официальных связей нет, и они нас точно не поддержат.
Кипела не только верхушка одной из сверхдержав, от которой сейчас зависел мир, но и я сам, причём от жгучей злости. Помолчав пару минут, я с силой ударил кулаком о стол и воскликнул:
— Нам нужна эта война, чёрт подери, но не сейчас! Не сейчас, вы меня понимаете?
В первую очередь я обращался к Шмидту, и тот сразу кивнул, а Фоули стоял в стороне и боялся вдохнуть. Конечно, нам было выгодно противостояние Штатов и Союза, а если они ещё и уничтожат друг друга в грядущем конфликте, то это было бы совсем замечательно. Но чёрт возьми, не тогда, когда в моём собственном правительстве куча шпионов, где-то на горизонте зреет сопротивление под началом старика Дамблдора, не пойми где моя жена, а у меня дома в подвалах засело что-то, что я никак не могу достать! Нельзя было ввязываться в войну, не достигнув мира в своих рядах, и я отлично это понимал.
— Герр Шмидт, вы должны уладить эту проблему, вам это ясно? — успокоившись, отдал я приказ, судорожно анализируя ситуацию. — Дёрните за ниточки, свяжитесь с маглами, но нам нужно… не мир, но перемирие. Холодное перемирие на ближайший год, пока мы не будем готовы к более решительным действиям. У американцев почти наверняка тоже есть несколько советских шпионов за пазухой, так что пусть обменяются и немного остынут. А мы выступим третьей стороной, если потребуется. Гарольд, ещё раз поговорите с Бертильдой, если нужно — воспользуйтесь порталом и отправляйтесь в Штаты лично. Убедите её, что мы на их стороне, но в войну пока вступать не стоит.
Замолчав, я невидящим взглядом уставился прямо перед собой, и до меня будто издалека донеслось два совершенно одинаковых ответа:
— Да, милорд.
— Есть ещё какие-то новости, которые я должен узнать прямо сейчас? — после длительной паузы задал вопрос я, и Шмидт негромко проговорил:
— Нет, милорд. Только… — он замялся, попав под мой горящий взгляд, но тут же собрался с мыслями и добавил: — Герр Менгеле хотел видеть вас, он просил передать меня это, когда мы разговаривали в пятницу.
— Хорошо, — выдохнул я и встал из-за стола. — Держите меня в курсе. Если не можете написать, просто скажите, что у вас есть новости, я приду сам.
Покинув министерский кабинет, я направился прямиком к лифтам, и у одной из кабинок лицом к лицу столкнулся с Элеонорой. Она не узнала меня или сделала вид, что не узнала, и уверенно прошагала к кабинету отца, а мне было, мягко говоря, не до неё. Единственное, что сразу бросилось в глаза — это опять тёмная одежда и отсутствие косметики, которую раньше так любила наша кукла. Лишь лёгкий шлейф сладких духов, от которого так воротило Кейт, напоминал о прежней глупышке Элли, от которой, похоже, осталась только тень. Под стук каблуков за спиной я вошёл в кабину лифта и нажал на «девять», и даже не обернулся, когда створки лифта начали медленно закрываться.
Работа в лабораториях Менгеле шла полным ходом, но я так и не смог понять из пространного рассказа самого Ангела Смерти, пришёл ли он к каким-то значимым результатам или нет. Одно радовало — про детей из Хогвартса он благополучно забыл, когда к нему в отдел доставили четыре пары близнецов-маглов и ещё немного тех, кто так и не сумел подтвердить свой статус крови. И это всё были взрослые, что уже радовало конкретно меня. На трупы детей в последнее время я не смог бы смотреть, даже Эмилия вгоняла меня в какое-то неприятное чувство, и меня не покидала мысль, что это могло быть как-то связано с Тессой.