Усмехнувшись своим мыслям, я зашагал по дорожке в снегу, поглядывая по сторонам в поисках старой заброшенной могилы. Но судя по докладу Лестрейнджа, нужная мне была в отдалении, поэтому особой нужды вглядываться не было. И спустя десять минут прогулочного шага я наконец нашёл то, что искал, — серый замшелый камень, заваленный снегом, на котором было нужное мне имя, а под ним — странный знак. Линии почти стёрлись, и мне пришлось-таки воспользоваться Восстанавливающим заклинанием, чтобы придать надгробию первозданный вид. Таинственное имя чуть ли не загорелось, проступили даты жизни: 12 июля 1214 — 18 мая 1291, а знак стал намного чётче. Треугольник, в который были вписаны черта и круг… Знак показался мне смутно знакомым, но что же он всё-таки означал?
Аккуратно пробив землю, которую уже не раз разрывали до меня, я уставился на пожелтевшие кости в яме, пытаясь понять, что же всё-таки могло понадобиться Дамблдору конкретно здесь. Скелет мужчины неплохо сохранился, и я почти поверил, что здесь был спрятан какой-то артефакт, как взглядом зацепился за левую руку, и в предплечье вместо двух длинных костей была всего одна.
«Мда… когда я рвался к власти в правительстве, у меня даже мыслей не было, что бо́льшую часть времени я буду рыться в архиве министерства в поисках древних легенд, а не управлять страной», — язвительно подумал я, вернув могиле первоначальный вид, а после взмахнул палочкой и тотчас трансгрессировал на побережье неподалёку от своего дома. Но всё же выяснить, что это был за знак, было надо.
Правда, это было не так трудно, как с печатью Молоха. Взяв за основу предположение, что Игнотус Певерелл был магом, я открыл книгу «Природная знать. Родословная волшебников», и на первых главах наткнулся на нужную фамилию. В семье Певереллов было три сына: Антиох, Кадм и Игнотус. В краткой справке говорилось, что они все были талантливыми изобретателями, а также им приписывалось владение Дарами Смерти — Бузинной палочкой, Воскрешающим камнем и Мантией-невидимкой из любимой сказки Тессы. И именно знак этих Даров и был выбит на могильном камне.
«Хм… неужели в могиле была спрятана Бузинная палочка? — с некоторым благоговением предположил я, ведь до сих пор в волшебном мире велись нешуточные споры: существуют ли Дары Смерти или нет? И хотя я слабо верил в это, но вот Тесса грезила найти их, когда вырастет… а мысль стать обладателем самой могущественной палочки невольно пьянила разум и тешила гордость. — Хотя Игнотус был младшим сыном… наверное, он был обладателем мантии. За ней и охотится Дамблдор? Чтобы я его таки не нашёл? Какая глупость…»
А потом меня осенило. Нет, не насчёт тайны могилы, а насчёт того, где я мог до этого видеть знак Даров… фамильное кольцо! Точно такой же знак был выгравирован на чёрном камне в кольце Мраксов, а это могло косвенно доказывать, что моими предками были не только Слизерины, но и Певереллы, ещё одна древняя чистокровная фамилия. И подобная новость не могла не радовать. А если уйти ещё немного от здравого смысла, то можно было предположить, что камень в кольце и был тем самым Воскрешающим камнем…
На секунду мне захотелось взять и посетить лачугу Мраксов, чтобы окончательно подтвердить или опровергнуть свою безумную догадку, но этот порыв довольно быстро прошёл. Это у Кейт на роду было написано «сотрудничать» с мёртвыми, а мне возвращать с того света кого-либо не было необходимости. Разве что можно было показать камень Тессе, но сейчас он был вместилищем кусочка моей души, защищённым страшным проклятием, и не надо было моей дочери играться с Тёмными артефактами, это может быть опасно. Может быть, потом, когда она подрастёт и, возможно, окончит Хогвартс, мы попытаемся проверить это, а пока хватало и других дел. И тревожить тайник не было абсолютно никакой необходимости.
Что ж, в этот раз поиски были очень короткими, и пусть я так и не нашёл ответа на главный вопрос, но и сам вопрос не казался мне серьёзным, так что больше тратить время я на него не собирался, пускай всем остальным занимается Лестрейндж. Тем более что мне через пару дней подкинули задачку поинтереснее.