К счастью, Морган, Грюм и Эммелина вовремя заметили, что нас загнали в угол, и ринулись на помощь, а я, воспользовавшись замешкой, создала мощный поток воды.
— Аква Эрукто!
Стена из огня с трудом, но поддалась, но только я хотела прыгнуть в возникшее окно, как ноги заплелись, будто мне подставили подножку, и я со всей дури упала на бок.
— Не смей! — взвизгнула Эммелина, наслав заклятие на того самого мужчину со спутанными кудрями, что был на побережье рядом с Томом и Тессой, — Антонина Долохова.
Завязалась схватка — Морган с Грюмом против Эйвери и Эммелина с Дереком — против Долохова. Остальные тоже разбились по парам, но нас было всего двенадцать, а их было намного больше, хотя других дружков Тома, кроме Крэбба и Эйвери, я больше не заметила. Мракоборцы и американцы сражались бок о бок, а та самая ловушка была именно на нас, членов Ордена, кто рискнул пойти спасать детей. «Господи, как же мы могли на это попасться? Как же он смог найти проход, всё так спланировать?.. Ведь все говорили, что…»
Но было уже поздно думать о том, кто там что сказал. Нужно было действовать. Придя в себя, я сняла подлое заклинание подножки и встала на ноги, стараясь, чтобы капюшон скрывал почти всё моё лицо. А Эйвери, так и не признав меня, бился не на жизнь, а на смерть, и ему на подмогу сразу же пришли люди в куртках из драконьей кожи, не дав мне ни малейшей возможности засунуть руку в сумку за подмогой.
— Что у нас тут? Проклятые коммунисты? — рассмеялся один из них и присоединился к схватке, а двух других сразу взял на себя Кеннет Бруствер, уже успевший оглушить какого-то парнишку, на левом предплечье которого из-под мантии выглядывала Чёрная метка. И всё же не успела я вдохнуть и выдохнуть, как ещё два американца быстро подскочили к эпицентру событий, и вот уже от них пришлось отбиваться самой, так как все остальные были заняты.
Мой дуэльный навык всегда оставлял желать лучшего, но я всё же посещала Дуэльный кружок под руководством Дамблдора аккурат с четвёртого курса, да ещё и защитный браслет на моей руке немного, но помогал. И пусть против Тома мне было точно не выстоять, но продержаться против менее подготовленных людей… что ж, это было возможно.
— Веспертилос! — воскликнула я, когда один из мужчин подобрался слишком близко ко мне, и ему прямо в лицо хлынула стая летучих мышей.
— Вот чёрт! — раздался восклик Эммелины, а совсем рядом с ней дымился кратер — видимо, Долохов уже перешёл на запрещённую магию. — Ну ты у меня сейчас получишь!
— Да неужели? — с оскалом прорычал он, ловко увернувшись от заклинания Эммелины, а на второе от Дерека — судя по цвету, Остолбеней, поставил блок. — Это мы ещё посмотрим… Авада Кедавра!
В воздухе разом пронеслось две яркие вспышки — жёлтая и зелёная. Одна пролетела в миллиметре от лица Долохова, а вторая угодила в грудь Эммелине, и та упала на землю, а на её лице маской смерти застыла смесь неподдельного удивления. Из моей груди вырвался резкий выдох, Долохов накинулся на Дерека, а я краем глаза заметила, что в мою сторону летит заклинание ярко-синего цвета.
— Протего!
Щит помог, но в воздухе всё чаще начинали мелькать зелёные вспышки, а от Смертельного заклинания, как известно, защиты не было…
Оглушив одного из противников, я хотела кинуться к Дереку, потому что шансы явно были неравны, но тут к нам подскочил Бенжамен, изящно отбившись от грузного Пожирателя Смерти, и стал нападать на Долохова, а Карадок закрывал спину товарища, как мог, потому что Крэбб расправился с двумя знакомыми Кеннета Бруствера и шёл прямо на нас.
— Сдавайся, мальчишка, и твоя смерть будет быстрой, — процедил мне один из оставшихся американцев, но я опять увернулась от заклятия, и тут послышался взрыв, а затем полный боли крик.
Аластора и Моргана взрывной волной отшвырнуло в сторону, а Эйвери вытер со лба кровавую струю, видимо, и его хорошо задело. Перед глазами разом померкло, я не знала, был ли жив Морган или нет, а всё больше наших людей лежало на земле, а не сражалось.
— НЕТ! — вдруг завопил кто-то, и опять в воздухе пронёсся зелёный луч. — Это тебе за брата!
Совсем молодой парень с искрами из глаз ринулся прямо на Карадока, но тот успел увернуться, видимо, это он и расправился с братом неизвестного. Ещё два зелёных луча полетели друг на друга, и одно тело упало лицом вниз… тело Бенжамена Фенвика, и его друг с мукой осел на землю.
— Жалкая тварь! — послышалось откуда-то справа, и меня отбросило в сторону, на сырой снег, который назвать белым было уже трудно: грязь и кровь яркими пятнами виднелись среди трупов.