— Передайте Августину и Гидеону, что можно начинать зачищать дома предателей, — наконец скомандовал я, и они кивнули в ответ. — Только чтобы не было шума. От трупов избавьтесь, пусть считаются пропавшими без вести. Вы уже убрали Боунса?
— Да, милорд, — проговорил Лестрейндж, и я встал из-за своего стола.
— Хорошо. Тогда осталось убрать семьи… идите.
Две чёрные тени выскользнули из моего кабинета, а я задумчиво посмотрел на маленький пузырёк с ядом на своём столе и аккуратно взял его в руку. «Надо же, как хитро… но второй раз меня подобной уловкой не проведёшь…»
Сунув пузырёк к себе в карман, я неспешно вышел на лестницу и направился в сторону подвала, где в одной из тюрем меня дожидался очень ценный пленник. А я не сомневался, что такого человека, как Флимонт Поттер, работавшего почти в самом сердце врагов, Дамблдор будет держать довольно близко к себе. И значит, тот будет довольно много знать.
С исчезновением Молоха из подвалов пропала и та самая пробирающая насквозь атмосфера леденящего душу страха, которую нагонял сам князь Хаоса. Теперь там было просто холодно и сыро… по крайней мере, для меня, но людям, оказавшимся по ту сторону решётки, наверняка было так же страшно, как и до этого. И в общем-то, это было вполне себе правильно… мало кто выбирался из этих подвалов живым. А в этот раз вердикт и вовсе был вынесен ещё до того, как я ступил на первую ступень лестницы, ведущей вниз, и он вряд ли изменится вне зависимости от результатов допроса.
Поттера оглушили Остолбенеем, и он статуей замер посреди своей клетки, даже не понимая, где вдруг очутился. И я решил нагнать немного нужную атмосферу, а потому взмахнул палочкой, продолжая оставаться в тени, и принялся ждать.
Очнувшись, Поттер потерял равновесие и шлёпнулся на пол, а затем принялся всматриваться в темноту вокруг, силясь разглядеть хоть что-то. После он как ошпаренный вскочил на ноги и зашарил по карманам, видимо, в поисках палочки, но она была отобрана ещё тогда, когда его оглушили. И яда он тоже не обнаружил, это стало понятно по тому, с каким отчаянием Поттер приложил ладонь к левой щеке. И только тогда, когда моя жертва в полной мере осознала все свои перспективы и пропиталась той самой атмосферой безысходности, я наконец вышел из тени в неяркий свет от факела, а чёрные глаза так и распахнулись от ужаса.
— Добрый день, Флимонт, — тихо проговорил я, сделав два шага к чугунным прутьям решётки, а Поттер невольно отшагнул назад. — Или утро, одиннадцать часов такое скользкое время, не знаешь даже, как его расценивать, учитывая, что я встаю в пять, и для меня день наступает раньше, чем у других…
Он ничего не ответил мне, лишь судорожно вдыхал и выдыхал воздух, и пар бледной тенью выходил из его рта при каждом выдохе. Я же бесшумно открыл решётку камеры и медленно шагнул внутрь, а затем замер на месте, так же как и моя жертва, и не мигая уставился прямо ему в глазах.
— Вероятно, очнувшись, первым делом ты искал свою палочку… а может быть, и вовсе не её, а это?
Я аккуратно приподнял пузырёк с ядом, чтобы его можно было разглядеть, и Поттер резко выдохнул, а я мог кожей почувствовать весь его страх и ужас. Усмехнувшись, я разжал пальцы, и стеклянный пузырёк ударился о каменный пол и разбился, а тёмно-красная жидкость лужицей растеклась под ногами.
— Вот незадача, я такой неуклюжий в последнее время, — шёпотом проговорил я, посмотрев на яд, а после поднял взгляд на Поттера. — Впрочем, эта вещица могла помешать нашей милой дружеской беседе… Ты, как никто другой, прекрасно знаешь, что я всё равно добуду всю интересующую меня информацию, но… так уж и быть, я дам тебе шанс рассказать всё добровольно, чтобы избежать лишних мучений перед смертью. Ты же не думал, что после всех твоих доносов моим недоброжелателям я оставлю тебя или кого-то из твоей драгоценной семьи живыми?
Всего на секунду в его глазах промелькнул неподдельный страх, но Поттер вдруг сжал кулаки и зло посмотрел на меня, и других трактований такому поведению быть не могло.
— Угу… — протянул я, выудив из кармана свою волшебную палочку, и провёл пальцами по невероятно гладкой древесине. — Что ж, выбор у тебя в любом случае был, так что… Круцио!
Ярко-жёлтая вспышка ударила прямиком в его грудь, и по подвалам разнёсся полный мучительной боли крик. Поттер упал на холодный пол и забился в судорогах, но я держал заклятие ровно до тех пор, пока у меня не начала болеть голова.