— Если Кейт хочет поиграть в войну… я ей это устрою. Желание беременной супруги для меня закон… А когда ей это всё надоест, кое-кто получит бесценный урок, что со мной играть опасно… и всё будет как прежде. Мы снова будем вместе…
* * *
После схватки с Пожирателями в поле недалеко от Хогсмида меня ужасно клонило в сон, видимо, я потратила всю свою энергию на создание обсекундатов и скелетов-магов. Последние, кстати, сразу же развалились, едва мы перенеслись к дому Динглов, и я убрала материнскую кость обратно к себе в бездонную сумку, нисколько не сомневаясь, что она мне ещё пригодится. А своих новых слуг, которых оказалось аж двадцать четыре, так и оставила стоять на берегу, всё равно ничего им уже не будет и никуда они не уйдут. Но вот отдохнуть мне так никто и не дал.
Дамблдоры сразу после нашего перемещения таки спустились в тоннель и вместе с профессорами Хогвартса доделали работу Бенжамена и Карадока, освободив тем самым раненых детей и мистера Крауча. Их доставили сюда же, в штаб-квартиру Ордена, а почти следом и мы перенесли Грюма, Николаса и Элдрича Диггори в пограничном со смертью состоянии. И почти до самой ночи мы с Дереком крутились рядом с ними, пытаясь вернуть на этот свет и залечить раны, а после я прилегла отдохнуть буквально на пять минут… и проспала двое суток подряд, лишив Дерека помощника. Правда, о нашей беде как-то узнали посторонние, и когда я всё же проснулась, то заметила у своей кровати Марка Принца, который теперь вместо Аба заведовал недугами от заклятий, а на соседней кровати лежал Морган с повязкой на голове и забинтованной правой рукой и курил свою любимую трубку.
— Как ты, Кейт? — с тревогой спросил Марк, заметив, что я зашевелилась, и тут же входная дверь скрипнула, и к нам зашёл ещё кто-то.
— Нормально… — протянула я, хотя всё моё тело было словно восковым, а голова так и гудела после такого тяжёлого сна. — Сколько я спала? Надо… надо помочь…
— Кейт, мы уже всех перевязали и напоили зельями, так что лежи, — невозмутимо возразил Марк, а после внимательно присмотрелся ко мне и спросил: — Кейт, а ты чувствуешь… шевеления ребёнка?
— Да… — выдохнула я и тут же положила руку на живот, будто прислушиваясь. Минута или две тишины — и несильный толчок, и я с облегчением выдохнула и откинулась на подушки.
— Что ж, ладно… — протянул Марк, а за его спиной раздался до боли знакомый голос:
— Это… могло как-то… повлиять на ребёнка?..
Я тут же посмотрела на Дерека, у которого были ужасные синяки под глазами от усталости, но он почему-то игнорировал мой взгляд и смотрел прямо на Марка, а тот задумчиво посмотрел на меня.
— Трудно сказать, Дерек. Судя по вашим словам, вспышка Тёмной магии была достаточно сильной, но… я никогда не слышал, чтобы от подобных вспышек страдали люди поблизости, пусть даже и дети. Впрочем, я и не слышал, чтобы беременные пользовались настолько Тёмной магией, чтобы… чтобы воскрешать столько человек разом… так что я не могу ответить на твой вопрос однозначно. Но Кейт чувствует шевеления, значит, плод жив… я могу провести несколько тестов, если вы не против, чтобы…
— Конечно! — воскликнула я и, привстав, полусидя-полулёжа устроилась на подушках. — Что нужно?..
— Сними, пожалуйста, рубашку и обнажи живот, — попросил Марк, и я послушно расстегнула нижние пуговицы тёмно-синей рубашки, а Марк присел ко мне на кровать, приставил кончик палочки к моему животу и начал что-то шептать.
Мой малыш сразу оживился и довольно чувствительно пнул меня под рёбра, а сквозь кожу можно было разглядеть неяркое свечение… сначала золотистое, а после — нежно-зелёного оттенка.
— Хм, это мальчик, — задумчиво протянул Марк, но я всё ещё напряжённо ждала заключения о состоянии здоровья моего сына. Марк перебирал одно заклинание за другим, что иногда очень кое-кому не нравилось, а после вдруг усмехнулся и положил широкую тёплую ладонь к моему животу, и его пнули прямо в это место. — Какой строптивый! Но грубых пороков я не нашёл, хотя… хотя что-то у него всё-таки есть…
Меня словно спицей проткнуло в самое сердце, но Марк, заметив моё выражение лица, тут же встал с кровати и воскликнул:
— Не переживай, Кейт, это что-то точно не повлияет на его жизнь! Он у тебя довольно крепкий и живучий, и сейчас с ним всё хорошо. Возможно, твой сын с рождения будет плохо видеть или плохо слышать, какая-то система чувств у него слабее других, но это можно исправить уже потом… после родов… ты же знаешь, есть приборы и… очки, и детки спокойно с ними живут, мы уже не раз ставили их…
— Это всё из-за… вспышки?.. — осторожно выдохнула я, пытаясь понять, насколько же сильной была моя вина, но в этот раз наш бывший коллега помотал головой.