— От наших… от наших со вчерашнего дня не было ни одной вести, — с запинкой ответил тот, всё же пройдя внутрь кабинета. — Разгар рабочей недели, а штаб-квартира мракоборцев пустая, Руд и Грэх тоже ничего не знают, Эда нигде нет… они всё ещё на задании? Может… нужна помощь?..
«Сигнус, ты действительно считаешь, что если бы можно было что-то сделать, то я бы стал ждать дружественных напутствий?» — ядовито спросил я про себя, продолжая смотреть на море, а не на одного из своих самых верных соратников. Благодаря стараниям Кейт их теперь стало на два меньше, хотя жертв могло быть три…
— Со следующей недели главой Отдела правопорядка станет Антонин Долохов, — бесстрастно проговорил я спустя пару минут тишины. — И нам придётся набрать новых мракоборцев, наши враги… оказались хитрее нас.
Я буквально чувствовал кожей, как замер Сигнус, догадавшись, видимо, что произошло. Хотя не оставь Кейт умирать на поле боя Долохова, мы так бы и гадали, что случилось, пока в Атриум не хлынули бы трупы с белоснежной кожей. Надо же, какое благородное предупреждение! Хотя может, она просто готовит для меня что-то поинтереснее обсекундатов?
Выдержав паузу, я всё-таки повернулся лицом к Сигнусу, и в его тёмных глазах отчётливо читалась боль. Эйвери и Крэбб были младше нас с Орионом на год, но примерно с моего четвёртого курса они уже входили в наш небольшой кружок, состоявший из Малфоя, Лестрейнджа, Розье, Гойла и Блэка-старшего, и составляли сердцевину будущих Пожирателей Смерти. И примерно в то же время к нам присоединились второкурсники Сигнус, Трэверс и Нотт. И мы до выпуска, то есть четыре года, были командой, слаженным организмом, который идеально функционировал под моим чутким руководством. Мы вместе строили планы на будущее, вместе дурачились, вместе выстраивали коварные козни против недругов и укрепляли власть в школе. Я так сильно сосредоточился на выхаживании Долохова, на мыслях о Кейт, на будущей стратегии наших с ней «отношений», что почувствовал боль от потери только сейчас, увидев её в глазах Блэка.
— Пока не стоит делать никаких громких заявлений, — чуть тише произнёс я, а усталость второй волной нахлынула на меня. — Пусть официальной версией будет то, что мракоборцы… пропали без вести на рейде. А потом, когда будет объявление в прессе, Эдварду и Альфарду будет присуждён Орден Мерлина первой степени… посмертно.
Мальсиберу и Нотту я таких привилегий не давал, но и умерли они от моей руки и потому, что предали меня. А все мои школьные товарищи прекрасно знали, что я делал с предателями, это помогало мне поддерживать железную дисциплину. Но Эйвери и Крэбб умерли при исполнении своих обязанностей, на поле боя… хотя, конечно, слово «умерли» не совсем подходило в данном случае… но лучше было, чтобы об этом никто, кроме меня и Долохова, пока не знал. Меньше будет паники.
— Вы сами напишете Теодоре и Розалин? — кивнув, спросил Сигнус, и я устало вздохнул.
— Нет. Пиши им сам, как представитель министерства, и пиши как есть… их мужья уже не вернутся. И если их семьям будет нужна какая-то помощь, то… они всегда могут обратиться ко мне, верную службу я не забываю.
— Как скажете, милорд.
— И да, Сигнус… — тот только развернулся к выходу, как я окрикнул его, вспомнив о паре важных деталей. — Во-первых, скажи Абраксасу и Персею, чтобы они усилили охрану Хогвартса и Гринготтса. Крысы Дамблдора вчера собирались поднять мятеж, а гоблины к нему и вовсе давно готовятся… и давать подобной возможности я им не собираюсь. Нам очень нужна и школа, и банк, это ясно? — Сигнус почтительно кивнул. — А во-вторых… помнится, к тебе в последнее время зачастила Элеонора… не вынуждай меня лично разговаривать с Друэллой, думаю, ни к чему хорошему это не приведёт.
В глазах Сигнуса сразу загорелся неподдельный страх, причём вовсе не передо мной, а перед своей супругой, что я еле удержался от усмешки.
— Мне… мне грубо прогнать Элеонору… милорд?..
— Нет, зачем же?.. — протянул я, вновь начав плести сложный узор паутины. А Элеонора была очень неоднозначной фигурой… — Пускай приходит к тебе, если ей так нравится с тобой кокетничать… но! — я замер и строго посмотрел на Сигнуса, и тот вздрогнул. — Не смей разбалтывать ей наши планы. Можете болтать с ней о погоде, матчах по квиддичу, моде, ещё о какой ерунде, но держи язык за зубами, когда речь зайдёт о рабочих делах. Ты же не думал, что она вдруг заинтересовалась тобой только из-за красивых глаз?
— Нет, милорд, — потупив взгляд, вздохнул Сигнус, а я таки хмыкнул.