— Я Алкей Паркинсон. Брат… брат Перси. Он сейчас очень занят и попросил меня… передать вам письмо… сказал, что мне нужно привыкать и… он отдал мне записку с вашим адресом и тут же просил сжечь. Я так и сделал!..
— Сколько тебе лет? — грубо перебил его я, и Паркинсон-младший проблеял:
— Се-семнадцать, милорд. Я… я хочу помогать вам. Очень хочу…
— Освободи рукав, — скомандовал я, поднявшись на ноги, и Паркинсон послушно засучил левый рукав. А я, подойдя к нему, коснулся нежной кожи кончиком палочки, и новоявленного Пожирателя Смерти тут же скрутило от боли. — С этого дня ты один из нас. А теперь иди и помоги брату найти посторонних, они не должны сбежать, это ясно?
— Да, милорд, — отойдя от боли, он вежливо поклонился, даже ниже, чем требовалось, а я, на секунду задумавшись, воскликнул:
— Стой! А сегодня днём не было ничего странного на входе? Не могли же чужаки просочиться сквозь стены, верно?
— Да нет, ничего… — растерялся Паркинсон, а после вдруг оживлённо добавил: — Хотя сегодня днём приходила мисс Фоули… такой скандал устроила! Но Перси всех успокоил… а больше ничего не было, всё как всегда.
— Элеонора Фоули? — протянул я, и он активно закивал. — Ладно… иди.
Мальчишка ещё раз с неприкрытым благоговением поклонился мне и тут же вышел прочь из моего кабинета, а я откинулся на спинку кресла и скрестил пальцы в замок. «Мисс Фоули, значит… кое-кто явно заигрался… Что ж, я старался из-за Долохова не трогать лишний раз Элли, но сейчас разговора точно не избежать. А там посмотрим… Но идти я точно никуда не собираюсь, по крайней мере сегодня, мне и так плохо, так что пусть кукла Элли идёт сюда… и то больше пользы будет».
Собравшись с мыслями, я написал, пожалуй, одно из первых писем лично Элеоноре, а затем запечатал конверт и прогулялся до совятни, где отдыхал Оникс. Веснушка ещё не вернулась, мы с Тессой только вчера отправили Кейт письмо… и впервые я практически не писал о себе, сохраняя вежливый нейтралитет и описывая исключительно будни нашей дочери. Мои слова раскаяния для Кейт всё равно были пустым звуком, теперь я окончательно в этом убедился, а зря пачкать пергамент не хотелось. Лучше добиться личной встречи и поговорить по существу… только вот как бы это провернуть? Или Кейт вконец осмелеет и сама назначит мне встречу? Обещала же, что скоро увидимся… хотя что-то мне подсказывало, что малой кровью эта встреча точно не обойдётся.
Заглянув в лабораторию, я оценил степень готовности Валлийского зелья и отлил немного из котла в небольшой пузырёк, а остальное убрал в шкаф. Принимать его надо было утром и вечером по три капли перед едой, и я убрал лекарство в карман пиджака, до сих пор не веря, до чего дошла моя жизнь… снотворное, зелье от грудной жабы… а всё же было так хорошо когда-то! Неужели я и правда старею?.. Надо что-то с этим делать, и как можно скорее…
Неутешительные мысли преследовали меня до самого ужина, на котором были я, Тесса и Долохов. А сразу после него Тесса и Долохов побежали наверх, в игровые комнаты, явно затевая какую-то шалость, а я, сославшись на плохое самочувствие, поплёлся обратно к себе в кабинет, чтобы побыть немного одному. Конечно, игры с дочерью дарили мне чувство отдыха, но именно в тот момент в голову лезли мысли о вечности, и переваривать их было лучше в одиночку. Но не успел я устроиться поудобнее в кресле, ослабить галстук и закрыть глаза, как раздался тихий стук в дверь.
— Войдите! — устало крикнул я, выпрямившись, и на пороге тотчас показалась Элли, а я немного приободрился от предвкушения допроса с пристрастием.
Элеонора же явно была чем-то не на шутку встревожена, а её макияж был даже ярче, чем обычно, что довольно сильно бросалось в глаза. Но она быстро заметила мой внимательный взгляд, гордо вздёрнула подбородок и усмехнулась.
— Ты хотел меня видеть? Так поздно? — а, увидев мой ослабленный узел галстука и расстёгнутые верхние пуговицы белой сорочки, её глаза так и загорелись.
— Да, хотел, — с ответной усмешкой протянул я, догадавшись, о чём в первую очередь подумала Элеонора. — Элли, дорогая, до меня дошли слухи, что сегодня днём в Гринготтс пробрался кто-то чужой… и на моё счастье, моя самая преданная помощница была в самой гуще событий. Расскажи-ка мне, что там всё-таки случилось?
— Пф! — фыркнула она, а на её миловидное личико опять вернулась тревога, причём довольно заметная. — Ты про это!..
— А зачем ещё, по-твоему, я мог позвать тебя к себе домой? — изогнув бровь, поинтересовался я, а углы моего рта чуть приподнялись в усмешке. — Не забывай, пожалуйста, что я с недавних пор женат и люблю свою супругу… где бы она сейчас ни была, — с нажимом добавил я на злорадную ухмылку Элеоноры. — Так что всё-таки произошло, Элли? И чем тебе не угодили охранники на входе?