Слизерин скептически взглянул на меня сверху вниз, а затем нехотя поводил вокруг груди посохом, отчего кристалл наверху загорелся белым, а вокруг почувствовалось тепло. А затем он внезапно остановился и начал так же водить древком вокруг меня, отчего я замерла и, выпучив глаза, уставилась на него.
— Вдруг подстрелят? — подмигнув, заговорщически прошептал Слизерин, и я так и разразилась нервным смехом. — А жив я, пока жива ты… так что, по-хорошему, это тебе надо такую кольчугу надевать, а не мне. А вы, Альбус, стрел не боитесь?
— Не думаю, что кто-то, кроме кентавров, до сих пор пользуется луком, Салазар, — с улыбкой ответил Дамблдор, и мы снова зашагали по белоснежной дорожке. — А с кентаврами у меня всегда были неплохие отношения, хотя они очень чувствительны, когда их называют… лошадьми, — последнее слово он проговорил шёпотом, наклонившись к нам, будто боялся, что нас могут услышать, а я мельком взглянула на лес, но среди чёрных стволов деревьев никого видно не было. — Но зря вы так, кентавры очень умны и наблюдательны. Правда, они не любят вмешиваться в дела людей… и верят предсказаниям звёзд, а те не всегда точны.
— То-то и оно, что не вмешиваются, — проворчал Слизерин. — Даже когда они нужны… А ты посмотри, мышка, как нас встречают, только горна не хватает для полного счастья!
Едва лес отошёл, и выглянуло Чёрное озеро, как сразу же показались чёрные мантии людей, сотни, не меньше, но не это привлекло наше внимание, а семиметровые великаны с дубинками в одной руке и цепями во второй, на которых сидели уродливые тролли. Нет, про великанов мы узнали ещё вчера: в седьмом часу пришло письмо от Элли… но вот одно дело — прочитать об этом, а другое — увидеть своими глазами. А ещё в воздухе над башнями замка так и кружили чёрные тени, и прежде, чем сделать шаг вперёд, мы с Дамблдором почти одновременно взмахнули палочками, и в воздух взмыл серебристый феникс, а по земле побежал чёрный волк.
— Ну что, мышка, всё по плану? — тише прежнего спросил Слизерин, наклонившись ко мне, и я с заминкой кивнула и постаралась взять себя в руки, которые всё равно предательски подрагивали.
— Сможете справиться с великанами? — прошептала я, а на самой поляне в сотне метров от армии волшебников стояло три обособленных фигуры в чёрном… и судя по всему, нам было нужно как раз туда.
— Если я убью одного — сможешь сразу же создать из него слугу? Так будет намного сподручнее…
— Попробую, но ничего обещать не могу, — сглотнула я, пытаясь издалека угадать, где же стоял Том. Но фигуры были примерно одинаковы по росту, и только подойдя к озеру на расстоянии пятнадцати метров, мы смогли увидеть лица. Том стоял с левого края, как всегда в чёрном классическом костюме из дорогой ткани, а с правого — мужчина в возрасте и немного старомодной одежде, короткие белоснежные волосы которого трепал ветер со снегом. — Когда подадим сигнал?
— Поговори пока с мужем, а я их немного прощупаю, — совсем тихо отозвался Слизерин, ведь с каждым шагом мы всё ближе подходили к потенциальным противникам. — А там решим…
— Ладно, — чуть слышно выдохнула я, и мы наконец замерли в полутора метрах от Тома и его компании.
И так получилось, что я тоже оказалась слева, а Дамблдор — справа, и мы лицом к лицу стояли к своим старым… знакомым. Антонин Долохов, напротив которого замер Слизерин, явно пытался абстрагироваться от своего «собеседника», а в его карих глазах бегущей строкой читалась до боли знакомая исконно русская речь. Мужчина с белоснежными волосами же широко улыбнулся и помахал рукой Дамблдору, отчего тот слегка улыбнулся, а Том, с усмешкой посмотрев на чёрного волка, сразу сделал шаг мне навстречу.
— Глазам своим не верю, ну надо же! — воскликнул он, но едва был сделал второй шаг, как я резко подняла ладонь, отчего сразу же послышался металлический лязг — Слизерин наполовину достал из ножен массивный меч, а Том так и замер на месте, заметив это. — Я не могу подойти к своей жене, которую не видел пять месяцев?
— Ты вроде хотел разговаривать? — громко переспросила я, хотя в этом не было никакой необходимости — Том стоял в двух шагах от меня. — А разговаривать можно и на расстоянии. У меня ещё всё хорошо со слухом, можешь не переживать. Хотя твой прадед одно время на него жаловался, может, это он подойдёт к тебе поближе? Всё-таки одиннадцатая сотня уже, прояви немного уважения!
Слизерин на мою колкость громко рассмеялся, держа, однако, ладонь на рукоятке меча, и звучно прогудел:
— У меня со слухом всё в порядке. Но лучше стой, где стоишь, не хочу почём зря махать мечом. Хотел разговаривать — вот твоя королева, говори. А хочешь ставить условия — надо было выбирать жену попослушнее!