— Но!.. — сразу возмутился Грин-де-Вальд, переводя взгляд с Дамблдора на меня и обратно, будто я отобрал у него рождественский подарок. — Разве ты не хотел, чтобы я?..
— Хотел, но планы поменялись. Ты, конечно же, отвлечёшь своего старого друга и сможешь удержать его, но вот смогут ли они… противостоять им… без сильного лидера?.. — я выразительно посмотрел в сторону конницы и великанов, и Грин-де-Вальд покачал головой, словно в раздумьях, и быстро кивнул.
— В этом что-то есть, ты прав.
— Антонин, ты же не против? — я повернулся вправо, и Долохов, поняв, что от него хотели, так и изменился в лице.
— Я? Против? Да я всю жизнь мечтал сразиться с ним! Господи, спасибо, хотя бы один живой человек! Да я с радостью! Удачи, приятель! — он ехидно похлопал Грин-де-Вальда по плечу и встал напротив подозрительно спокойного Дамблдора, и за его спиной расположились два помощника, а Грин-де-Вальд встал по правую руку от меня и оглядел мёртвых. — А кто займётся всадником апокалипсиса на Змее Горыныче?
— Догадайся с трёх раз, Антонин, — хмыкнул я, и как раз в этот момент Слизерин резко вынул из ножен меч и поднял его в воздух, и армия перед нами пришла в движение. — Ну, вперёд!
Я не стал дожидаться удара и сам нанёс его первым, но моё заклинание отскочило от кольчуги Слизерина, будто от сильного щита. Долохов в эту же секунду вступил в дуэль с моим бывшим учителем, а Грин-де-Вальд создал щит поменьше, чтобы разделить мертвецов на две порции и укрыть наших от прямого удара, а те из-под щита принялись наносить ответные. Но долго следить за ходом битвы мне никто не дал — Слизерин наслал в ответ своё заклинание, и я еле-еле увернулся от него в самую последнюю секунду. И сразу же взмыл в воздух, увлекая за собой противника, чтобы он не отвлекал людей драконом.
Биться на высоте сотни метров было тяжело, а я впервые в жизни почувствовал перед собой действительно равного по силе противника. Он использовал древние чары и коварные приёмы, которыми нередко пользовался и я сам, и приходилось быстро думать не только над ударами, но и над защитой. А порой и вовсе подстёгивал своего зверя на привязи, и тот изрыгал столб огня, от которого можно было только увернуться — драконье пламя выжигало всё на своём пути, даже сильные магические щиты.
— Не устал ещё, змеёныш? — басом рассмеялся Слизерин, удерживая одной рукой поводья, а второй — волшебную палочку. Хотя странно, почему он пользовался ей, если у них был в запасе мощный посох, который унесла с собой Кейт?!
— Только размялся! — прокричал я, пытаясь ровно держаться в воздухе, хотя меня то и дело обдавало ледяным ветром от мощных взмахов крыльев. — Что, так и будем биться до тех пор, пока кто-нибудь не свалится на землю от усталости?!
— В этом нет необходимости, Томми, — усмехнулся он, взглянув на землю, где битва была в самом разгаре. — Ты сильный противник, мы с тобой можем парить так до самого вечера. Но когда ты приземлишься, выиграв нашу дуэль, то поймёшь, что проиграл, потеряв всех своих людей!
Громкий смех раскатами грома раздался над полем, а я пригляделся повнимательнее, воспользовавшись небольшой передышкой, чтобы оценить обстановку. И увиденное нисколько меня не обрадовало.
Тройка людей в чёрных мантиях по-прежнему сражалась с фигурой в голубой, но они то и дело разбегались в разные стороны от мощных ударов сцепившихся великанов. Но приглядевшись, я заметил, что великанов было равное количество — ровно пять двоек, а одно тело уже лежало на земле с воткнутыми в него пиками. Но вот прошло совсем немного времени — и тело медленно встало с окровавленного снега, безмолвно вытащило из себя копья и бросилось вперёд, в самое месиво, где мёртвые врукопашную сражались с живыми. А я понял, что чем больше умирало моих людей — тем больше и сильнее становилась армия Кейт.
— Что, змеёныш, не всё просчитал?! — рассмеялся Слизерин, заметив моё выражение лица, и на меня тут же понеслась ярко-оранжевая вспышка, которую я отбил синей. — Да как ты вообще мог подумать, что сможешь обойти меня на поле боя, да ещё и под моей же крепостью?! У меня таких боен было не один десяток, и больше половины из них я выходил победителем! А сколько битв было у тебя?!
— Времена меняются, а у меня было немало дуэлей, и ни одной я не проиграл! — воскликнул я, отразив ещё один удар, но теперь всё моё внимание было устремлено вниз, а не на противника.
— Дуэли — это тебе не война, малыш, — учительским тоном заявил мой противник, рывком направив дракона вперёд, прямо на меня, и мне пришлось резко подняться чуть выше, чтобы избежать столкновения со зверем и его клыками. — В дуэли ты думаешь сам за себя, а здесь тебе придётся думать за четверых: за себя, за меня и за наши войска! И ты с этим не справляешься…