Грузное тело в железе тут же грохнулось на пол, а я триумфально посмотрела на него сверху вниз и молча вышла прочь, громко хлопнув дверью напоследок.
Волна раздражения и гнева словно цунами накрыла меня, и я не придумала ничего лучше, чем снова пойти гулять на свежем воздухе, чтобы немного успокоиться. Мало того что Морган вернулся из плена мрачнее тучи и фактически оттолкнул нас с Кассандрой, хотя и было понятно, почему, так ещё и Слизерин решил, что сейчас самое время для выяснения отношений! Да, возможно, если бы задача пробраться в Тайную комнату стояла перед нами прямо сейчас, то мы наверняка действовали бы по-другому. Всё-таки за плечами был уже довольно внушительный опыт решения подобных проблем, да и в Тёмных искусствах я преуспела настолько, чтобы обмануть даже василиска. Но проблема как раз заключалась в том, что сейчас перед нами такой задачи не стояло. Её надо было решить четыре месяца назад, когда мы только-только познакомились с нашим крайне мерзким родственником, и я и знать не знала, на что способна. Да я ещё тогда лекарства не закончила пить, а мысли о некромантии вводили меня буквально в животный ужас! Четыре месяца назад и я, и Дерек были совершенно другими людьми, более… мягкими, что ли. И именно поход в Тайную комнату, поиск крестражей и прятки от Пожирателей закалили нас, подтолкнули к необходимости использования Тёмной магии… сделали из нас тех, кем мы сейчас и были.
Тогда, в Тайной комнате, мы действовали по ситуации… Мы не продумывали тысячу вариантов развития событий, не готовились к каждому, хотя соответствующую литературу нашли и оружие у нас с собой было. Мы подготовились к нескольким наиболее вероятным вариантам и просто пошли наудачу… и меня накрыло странное чувство дежавю, что сейчас была очень похожая ситуация. Только вот будет ли удача благосклонна к нам в этот раз? Том словно был василиском, и нам надо теперь пробраться в министерство и забрать у него… власть. И теперь, после слов Слизерина, что с Аминтой, оказывается, можно было договориться, и она сама бы отдала нам и клык, и яд, у меня поселилось совершенно противное чувство, что… возможно, с Томом стоит поступить так же. Всё-таки прав Морган, и Тесса… ей будет очень тяжело пережить потерю отца. А меня рвало на куски от мысли, что моё маленькое солнышко будет страдать, даже сейчас, когда ещё ничего не случилось. Наверное, именно поэтому я и старалась думать об этом пореже.
А с другой стороны, Том очень сильно отличался от двадцатиметровой змеи, запертой глубоко под землёй. Он не был «крайне послушным», как выразился Слизерин, и он не подчинялся ничьим приказам. И был ли смысл договариваться? Для него это будет публичное унижение, и он ни за что и никогда не пойдёт на такое, этого… не стерпит его гордость. Том был готов на мелкие точечные уступки конкретно для меня, наш недавний разговор отлично это показал, но он не понимал, что меня в корне не устраивает вся его идея управления страной. А он от неё не откажется, иначе это тоже будет равносильно поражению. Ни один из нас не был готов существенно уступить другому, а я прекрасно знала, что пока Том жив, он ни за что не оставит меня в покое. И выход был всего лишь один… но как?..
В Хогвартс я вернулась только тогда, когда заметила, что Дрогон взмыл высоко в небо, а на его спине виднелся всадник. Наверное, Слизерин нашёл лазейку в моём приказе и тоже решил «проветриться», а я уже с остывшей головой вернулась в Больничное крыло, где от меня был хоть какой-то толк. До самого вечера мы провозились со своими пациентами, а когда после позднего ужина наконец пришли к себе в комнату, я села на кровать и стеклянным взглядом уставилась перед собой, и это не ускользнуло от Дерека.
— Эй… что такое? — прошептал он, сев на кровать рядом со мной, и слегка приобнял. — Ты всё ещё думаешь о том, что сказал Морган? Кейт… представь, что было бы с Тессой, если бы ты умерла в вашем доме прошлой осенью?.. Слёз и боли… не избежать в любом случае, даже я не вижу другого выхода, но… мы же будем рядом? Разве мы не сможем смягчить удар?
— Да, ты прав, — выдохнула я, по-прежнему гоня мысли о развязке прочь, хотя и в словах Дерека было зерно истины. — Но я… я не об этом… слушай, зря я, наверное, на него накричала, да ещё и на колени посадила…
Повернувшись влево, я посмотрела в глаза Дереку, и тот сразу догадался, что меня в данный момент грызла не тревога о будущем, а вина за уже сделанное.
— Ну… это было действительно резко, — дипломатично вставил он, а на мой взгляд спешно добавил: — Но и Слизерину не стоило кричать на тебя, всё-таки ты… в крайне деликатном положении, да ещё и можешь ему приказывать.