Холод так и сковывал конечности, а значит, дементоры были совсем близко. «Увидят» ли они меня под мантией-невидимкой или нет, вопрос оставался открытым, но они — это последняя вещь, которой я боялась в текущий момент времени. Опять обсидиановые шипы, опять обугленные останки, опять разорванные люди… чем выше я поднималась, тем больше крови встречала по дороге, а звуки борьбы с верхних уровней окончательно разогнали тишину. Слизерин уже точно преодолел Отдел Тайн, но всё равно был где-то поблизости, и мне нужно было держаться рядом, по-прежнему оставаясь в тени. И только я свернула за очередной поворот, найдя ещё одну лестницу в небо, как прямо впереди раздалось утробное рычание, а мозг мгновенно подсказал, что тварь точно была не одна. И даже не две.
«Ладно, поищем другой проход… — подумала я, крайне осторожно сделав шаг назад, так как впереди в полутьме виднелись лишь очертания, которые очень мне не понравились. — Лестниц должно быть много, они точно разбились на группы…»
Тварь впереди была в два раза выше меня и в три раза шире. Но что-то мне подсказывало, что вряд ли массу ей придавала жировая ткань… А глухой грохот сверху прерывали хлюпающие осторожные звуки, будто кто-то… принюхивался. И если нюх у этой твари был гораздо сильнее, чем зрение, то мне очень-очень не повезло.
Не выпуская из виду потенциального врага, я делала крохотные шаги назад, к повороту, за которым вроде как была незапертая дверь в ещё один судебный зал, гораздо меньше, чем тот, в котором я оказалась поначалу. А подозрительное фырканье раздалось ещё пару раз и тут же затихло, сменившись тишиной… что было крайне неблагоприятным прогностическим признаком!
Мы одновременно рванули с места, но твари было бежать до меня метров пятнадцать, а мне до двери — три, так что разница в скорости с лихвой компенсировалась расстоянием, и я захлопнула обитую железом дверь как раз перед чудовищем, так и не успев рассмотреть, кто же это был. Дверь мгновенно задрожала, сотрясаясь от мощных ударов, но я уже собралась и стала укреплять её с помощью магии, накладывая все известные мне защитные чары одни за другими, и браслет Пенелопы Пуффендуй ой как хорошо помогал мне с этим.
Неизвестная тварь сдаваться не собиралась, но когда у меня не осталось сомнений, что дверь всё-таки выдержит, я принялась осматриваться вокруг, пытаясь найти другой выход. Зал был крохотным, чаша в диаметре не превышала двух метров или трёх, а в самом центре была подвешена железная клетка над дырой в полу. Поэтому у меня был как минимум один выход, только вот на нижние уровни я возвращаться не собиралась, а потому ступила на каменный амфитеатр, где за местом главы Визенгамота виднелась ещё одна, небольшая и неприметная дверь.
Под грохот и вой я взломала её и оказалась в крошечной каморке, которая вела на лестницу… каменную лестницу вверх. Это было опасно, очень опасно, но возвращаться и спускаться в дыру в полу мне тоже было крайне рискованно, поэтому я сглотнула и принялась осторожно подниматься, держа наготове палочку и шепча Обнаруживающие чары. И не зря, потому как ближе к концу различными цветами подсветилось аж три ступеньки, что могло означать, что нас здесь ждали.
Перепрыгнув через ловушки, я тщательно проверила комнату, в которой оказалась — это было подобие архива, где, скорее всего, хранились текущие уголовные дела, а вряд ли в клетке будут держать мелких карманников, правда? Опять всё стихло, даже вой и клацанье будто прекратились, и в голове промелькнула противная мысль, что лучше бы та тварь продолжала биться в дверь… так я хотя бы знала, где она.
Это был последний уровень судов, а над головой должен был располагаться Отдел Тайн, куда нас так и не пустили во время экскурсии летом второго курса. Я понятия не имела, что там находилось, хотя и была наслышана об этом месте… а теперь была непосредственная возможность и побывать там, только вот я отдала бы всё, чтобы не делать этого. Но опять же, никто не спрашивал моего мнения, и я, как можно экономнее расходуя силы, вновь принялась красться по тёмным коридорам, тщательно прислушиваясь к звукам взрывов и боясь услышать совсем другое — тихое фырканье и утробное рычание.
Шаг, ещё один, ещё… я наугад кралась в смертельном лабиринте, понимая, что этой дорогой точно никто не шёл до меня, и стоило быть ещё осторожнее, чем до этого. Я проверяла каждый коридор, каждый пролёт, рассчитывая, что мантия скроет меня от посторонних глаз, даже если кто-то увидит яркие вспышки. И ни одного признака, что здесь кто-то был. Абсолютно чистые коридоры, полутьма и холод — это всё, что было вокруг, и оно действовало сильнее, чем любые обманывающие чары, так как мозг сам додумывал то, чего нет.