— Да, мой лорд, — послушно проговорил Крэбб и направился вниз, в подвал, а я быстрым шагом пошёл в сторону своего кабинета.
Зайдя внутрь, я посмотрел на неизменную кипу бумаг — писем и приказов — и в голове сразу разлилась боль от напряжённой работы, которая ещё только предстояла. Но я знал, как можно её немного притупить. Открыв шкаф, я только потянулся к графину с янтарной жидкостью, занимавшей чуть меньше половины объёма, как в голове послышался голос… Кейт.
— Ты же не пьёшь?
— Не пью. Но иногда в этом всё-таки есть смысл. У меня очень много документов на проверку, а завтра встреч не меньше.
— С ребёнком будет точно так же. Посмотри на себя, ты хотел безграничной власти — и ты её добился… и сейчас не вылезаешь из-под завала бумаг, а свою усталость глушишь алкоголем. С ребёнком будет точно так же, ты не понимаешь чего хочешь… Я после родов ещё немного растолстею, ты перестанешь хотеть меня, постоянный крик малыша по ночам, я усталая буду постоянно ночевать в детской… Вот наша жизнь на ближайшие годы. Ты будешь срываться на нас, работы у тебя меньше не станет… и рано или поздно ты устанешь и выгонишь нас. Или сопьёшься и будешь издеваться, пользуясь своей властью надо мной из-за метки. И представь, если в этом кошмаре будет вариться ещё и Тесса… тебе её не жаль?
Рука дрогнула и опустилась, так и не притронувшись к графину с бренди.
«Тридцать лет не слышал голос совести, а тут вдруг она со мной заговорила… голосом сбежавшей жены. Что же ты со мной делаешь, Кейт? Где ты?»
Сев за стол, я закрыл ладонью глаза и попытался вот уже в который раз попробовать воздействовать на неё через метку… несильно, я не хотел причинять ей и нашему ребёнку боль, но хотя бы подать знак, хотя бы почувствовать её… но в ответ была тишина. Я не чувствовал Кейт и понятия не имел, где она.
«Каким же я всё-таки был идиотом! Неужели я действительно мог подумать, что смогу довести её нестерпимой боли?.. Но раньше-то мог… Раньше она не была беременна… раньше я не понимал, что этим врежу в первую очередь себе…»
Вот ирония, я оставил Кейт метку, чтобы контролировать её… чтобы она была постоянно рядом со мной, а теперь сам агонировал от нестерпимой боли, причём боль в голове не шла ни в какое сравнение с болью в груди. Это была совершенно непонятная мне, но нестерпимая боль… от беспомощности. Словно Кейт действительно пряталась под мантией-невидимкой из любимой сказки Тессы, и даже сама Смерть не сможет её найти… как и я. Остаётся только ждать, когда Кейт сама решит показаться мне… и больно было именно оттого, что добровольно она никогда не сделает это. «Но со мной же Тесса! Она не сможет бросить её, как бросила меня! Это же Кейт!»
Тихий стук в дверь мигом заставил меня выпрямиться и привести в порядок мысли, а мой вид снова был собран и холоден. Махнув рукой, я отпер дверь кабинета, и на пороге оказался Эйвери.
— Никаких новостей, милорд, — поклонившись, негромко проговорил он, и я молча отвёл взгляд в сторону, скрывая этим своё разочарование. — Ни отдел транспорта, ни наш не может засечь их… Их словно никогда и не было. Альбус Дамблдор тоже пропал, как и Доусоны, и Гампы, и семья его сестры, и Краучи. И мы не можем понять, как такое возможно, они словно нашли лазейку в наших заклинаниях…
— Этого не может быть, — возразил я, думая, как стоит поступить. — Скажи Блэку, чтобы он ещё раз перепроверил все чары и систему оповещения о передвижениях, а сам ищи крыс… во всех отделах. Их не может не быть, если столько людей смогло исчезнуть от наблюдения, то это не может быть простой случайностью… всё ясно?
— Да, милорд, — выдавил Эйвери, и я безразлично сказал:
— Тогда иди, — и он вышел из моего кабинета и закрыл за собой дверь, а я начал думать.
«Доусоны, Гампы, Краучи… целые семьи ушли в подполье, но не просто же так… им было бы нечего бояться, если бы… если бы Кейт была мертва. Но она жива, и этот хитрый паук боится, что я могу таким образом повлиять на неё… А я могу, это точно. Значит, Кейт жива и скорее всего уже побывала у Дамблдора… одной ей точно не скрыть столько людей, это невозможно. Но что она будет делать дальше?»
Теперь я мог точно сказать, что и палочку раздобыл для неё именно старик Дамблдор, а после стёр Олливандеру память, чтобы… чтобы у меня не было повода убить его. Мастер волшебных палочек не ушёл в тень, он по-прежнему торгует и старается держаться подальше от политики… и правильно делает. Если бы у меня были железные доказательства помощи Дамблдору, то он вряд ли бы покинул подвал моего дома, а Ингрид полакомилась бы даже костлявой, но добычей. Но судя по всему, Олливандер не помогает ему, вряд ли старик оставил бы ценного помощника на виду, где я могу схватить его в любой момент, остальных же он спрятал… Теперь у Кейт точно была новая палочка, но что она будет делать дальше?