— Будем на это надеяться, — протянул я, взглядом давая понять Роули, что нам нужно было переговорить с глазу на глаз. — Что ж, работайте, доктор, не будем вас больше отвлекать.
— Я буду ждать вашего следующего визита, кайзер! — воодушевлённо воскликнул он и вежливо склонил голову. — Даже представить не могу, в каком облике вы предстанете передо мной в следующий раз, это так волнительно!
С этими словами Менгеле вновь скрылся за одной из дверей, а Роули повёл меня из этой части Отдела Тайн в другую, уже в собственную лабораторию, которую ему выделили за особые заслуги перед отделом.
Зайдя в комнату, больше похожую на просторный кабинет, нежели на исследовательские лаборатории моего аргентинского друга с немецким происхождением, я не спеша сел за стол, на котором было множество пергаментов с чертежами, и выразительно посмотрел на своего спутника.
— Мы смогли ускорить время для мисс Робертс, милорд, но мы не никак не можем повернуть его обратно или замедлить, — спустя полминуты молчания ответил он, догадавшись о значении моего взгляда. — По нашим расчётам она умрёт через девять дней с погрешностью в один день. Для неё время течёт гораздо быстрее, чем для её ребёнка, за один день её организм стареет примерно на пять лет, когда у её сына всего на два. Мы пока не можем понять, почему так получилось и вычислить закономерность, Менгеле правильно заметил, до этого возможностей экспериментов с людьми не было, поэтому и каких-то результатов приходится ждать так долго. А животные умирают так быстро, что мы не можем получить какие-то достоверные данные…
— Тебе нравится работать с Менгеле, Фредерик? — тихо протянул я, внимательно вглядываясь в его лицо и не зря — опять на доли секунды на нём промелькнула неприязнь.
— Он… жуткий человек, — сглотнув, честно ответил Роули. — Я не видел столько смертей за всю свою жизнь, как за эти четыре месяца, что здесь работает доктор Менгеле. Он так скрупулёзно чахнет над трупами, что-то с ними делает, вырезает органы… Мне становится не по себе во время общения с ним, и остальные сотрудники этого отдела скажут вам то же самое. Но его гениальные эксперименты поражают воображение, никогда ещё до этого мы не заходили так далеко за… черту.
— Менгеле не дурак и прекрасно понимает, что нужен мне только на то время, пока приносит пользу. Так что он старается изо всех сил и… правильно делает. Но не спускай с него глаз, Фредерик. Как только он начнёт тянуть время или его эксперименты покажутся тебе бессмысленными… сразу сообщи мне, я подумаю, что с ним… сделать.
— Да, милорд, — выдохнул он, а я поднялся на ноги и направился к выходу из кабинета, и Роули засеменил за мной следом, чтобы вывести меня из лабиринтов Отдела Тайн.
На самом деле, и у меня общество Йозефа Менгеле вызывало смешанные чувства, хотя казалось бы, это именно я и отправлял людей к нему… в лаборатории. Даже больше того, и я сам нередко убивал людей, а перед смертью пытал их. Но всё же была между нами двоими неуловимая разница… Когда люди видели меня, они знали наверняка, что их ждёт, особенно когда видели моё истинное обличие. Я никогда не обманывал своих жертв в этом плане, хоть иногда и… играл с ними, но все они прекрасно знали в глубине души, что видя меня — они видят свою смерть. Чаще всего это было именно так. Что же касается доктора Менгеле… всё коварство его образа заключалось в том, что он внушал людям надежду. Он до самого последнего момента представал перед своими жертвами в образе доброго доктора, который обязательно поможет им… а после хладнокровно вскрывал трупы, копаясь в органах и напрочь забывая даже их фамилию. Если я был олицетворением смерти, как наказания, а без веской причины я никогда не убивал, то Менгеле был поистине Ангелом… который осторожно брал под руки обречённого и с милой улыбкой доводил его до черты. И ему было всё равно, провинился человек в чём-то или нет.
Снова оказавшись в пустом лифте, я облегчённо выдохнул, что самое неприятное дело было сделано. Всё остальное на сегодняшний день по сравнению с походом в Отдел Тайн было точно менее шокирующим, но не менее важным. Медленно поднявшись на второй уровень, я вышел из лифта и не спеша зашагал по коридору, более яркому и… тёплому, нежели на семь уровней ниже. По бокам от меня были таблички с названиями отделов, располагавшихся на этом этаже, и я, дойдя до нужной мне двери с надписью «Штаб-квартира мракоборцев», уверенно толкнул её и вошёл внутрь.