— Правильно. Десять очков Слизерину благодаря мистеру Реддлу. Может быть, вы тогда и расскажете нам, как с ним бороться?
— Нужно представить что-нибудь смешное и произнести заклинание «Ридикулус», — уверенно ответил я, но преподаватель даже не улыбнулся моему ответу, хотя я был точно уверен в своих словах. Хотя Доусон вообще никому не улыбался, так что я уже и привык к подобной манере общения.
— Да, всё верно. Ещё десять очков Слизерину. Что ж, мистер Реддл, может быть, вы нам и продемонстрируете действие этого заклинания? У меня в сундуке как раз сидит один особо вредный боггарт, только вчера его поймал. Думаю, у такого способного юноши не возникнет с этим проблем.
Безразличный тон Доусона можно было принять за издевательство, но он всегда говорил так со всеми и с преподавателями в том числе, и невольно в голове возникала мысль: «А вдруг его действительно прокляли?» Я оглянулся на остальных, но мои друзья — Абраксас и Гидеон, явно ожидали от меня подвига, а девчонки, особенно Элеонора и Вильгельмина, смотрели на меня с явным воодушевлением. И я встал из-за парты, тем самым подтверждая, что буду самым первым… добровольцем. В конце концов я и так хотел быть самым первым во всём и точно им буду.
— Отлично, — проговорил Доусон и указал рукой на массивный сундук у стены. Я подошёл к нему, остальные встали из-за парт и сгрудились неподалёку, а преподаватель замер в шаге от меня и взмахнул палочкой. — Систем аперио!
Крышка сундука с грохотом открылась, а я замер, совершенно не представляя, что же увижу перед собой. Вдруг из сундука показалась зеленоватая с язвами рука, потом вторая, и наконец на свет вылез труп худой измученной женщины, которая являлась каждую ночь ко мне во сне. За спиной закричали девчонки, все сделали три шага назад от нас, а Доусон негромко сказал:
— Мистер Реддл?
Меня же перекосило. Я резко вдыхал и выдыхал воздух, грудь словно сжали тисками, мне было… страшно. Ведь труп был абсолютно точно настоящим, и он уже подбирался ко мне. Краем глаза я заметил, как Доусон занёс палочку, и тут во мне взыграло чувство гордости. Я не мог допустить, чтобы после этого занятия меня считали трусом, и поэтому глубоко вдохнул и выкрикнул:
— Делетриус!
Яркая вспышка угодила прямо в боггарта, и он… исчез, а сундук с громким хлопком взорвался. Я с опаской повернулся и посмотрел на Доусона, а на его лице, казалось, вот-вот проскочит искреннее удивление.
— Мистер Реддл, вы же знали, что делать… Почему вы не воспользовались тем заклинанием, про которое сами же нам рассказали?
— Потому что я не смог найти ничего смешного в трупе моей матери, сэр, — как можно ровнее ответил я, стараясь не выдавать своего страха окружающим.
— Что ж… — вздохнул Доусон и безучастно посмотрел на щепки сундука, — вы уничтожили боггарта. Совсем. И теперь остальным не удастся попрактиковаться с этим видом привидений…
— Прошу прощения, сэр, — проговорил я и повернулся, чтобы посмотреть на тех, кого я лишил возможности встретиться со своим страхом. Но судя по лицам моих сокурсников, они не очень-то и хотели. — Я могу как-то загладить свою вину?
— Мистер Реддл, в том, что вы решили бороться со своим страхом немного другим способом, чем привыкло большинство волшебников, нет вашей вины, — абсолютно невозмутимо заметил преподаватель, тоже повернувшись лицом к ученикам. — И далеко не всем с первого раза удаётся справиться с боггартом, пусть даже и таким… радикальным методом. Двадцать баллов Слизерину за то, что мистер Реддл мастерски овладел довольно сложным и опасным Уничтожающим заклинанием. А в качестве своеобразного наказания в выходные вы, мистер Реддл, будете искать со мной в закоулках школы нового боггарта, это весьма непростая задача. Вы со мной согласны?
— Да, сэр, — вежливо ответил я и сел за свою парту.
— Значит, с боггартом будем заниматься на следующей неделе, когда мы с мистером Реддлом найдём подходящий экземпляр. А чтобы не было таких неожиданностей, как сегодня, я задаю вам на выходные эссе по этим привидениям, а ещё советую как следует подумать над своими страхами и во что смешное их можно превратить. Всё-таки с ними нужно уметь бороться. А сегодня разберём Красных колпаков. Садитесь, господа и дамы, и берите в руки перья…
Остальные со странной смесью эмоций на лице начали рассаживаться по своим местам, а я решил про себя, что вряд ли рискну на следующей неделе пытаться справиться с боггартом посредством смеха… всё равно не выйдет. Но я хотя бы показал сегодня всем, что точно не трус, и со мной шутить опасно.