— То есть вы предлагаете столкнуть лбами две сверхдержавы, чтобы они… ослабили друг друга в грядущей войне?
— Не только, — довольно улыбнулся Шмидт, почуяв, что план определённо мне нравился. — Пока Штаты и Союз будут наращивать силы друг против друга, они перестанут следить за нами. Мы сможем в это время укрепить наши позиции внутри страны и найти надёжных союзников в Европе. Если мы сможем в это время убедить Францию, Италию и Германию встать на нашу сторону, то этого будет достаточно, чтобы уверенно противостоять остальным противникам, находящимся в конфликте друг с другом.
— А Грин-де-Вальду вы предлагали нечто похожее? — с долей сомнения поинтересовался я, не желая повторять ошибки предшественника.
— Да, я предлагал ему нечто похожее, — с печальной улыбкой согласился он. — Но Геллерт был самонадеянным юношей и считал, что сможет покорить мир без дипломатических уловок. И у него это почти получилось, но… — Шмидт вновь вздохнул и посмотрел на свои руки. — Что ж, каждый из нас ошибается, даже сильнейшие мира сего. Но вы более осторожны, чем он, милорд, общество до сих пор даже не подозревает о своём лидере, который управляет им, и поэтому я считаю, что у вас должно получиться.
— Я очень рад, что вы так считаете, — протянул я, анализируя такой довольно смелый ход. — И как же вы собираетесь сталкивать Союз и Штаты?
— Я могу подослать к Станиславу несколько шпионов-американцев с фальшивыми данными. Если Союз съест эту приманку и начнёт нервничать, то это заметят настоящие агенты Бертильды Рош, и ей придётся реагировать на агрессию со стороны Союза. И пока они будут разбираться, откуда кто получил информацию и правдива ли она, если вообще будут, мы сумеем укрепить наши позиции.
— И как быстро, по вашему мнению, разовьётся открытый конфликт?
— Всё зависит от того, какую информацию я им дам, — ещё шире улыбнулся Шмидт. — Но я бы не хотел торопить события. Думаю, эту операцию стоит растянуть на год, этого времени точно хватит на всё с лихвой.
— Учитесь, Гарольд, как нужно вести дела на международной арене, — одобрительно проговорил я, повернувшись к министру, а Шмидт почтительно кивнул мне. — Что ж, план мне нравится, так что можете начинать. И желательно сообща, чтобы не было никаких неприятных сюрпризов. Гарольд, а вы лично разговаривали с Бертильдой Рош?
— Да, милорд, — с заминкой ответил Фоули. — Позавчера я был в Штатах на международной конференции.
— Там были представители Союза?
— Нет, милорд, их не пригласили. И конференция как раз была по поводу возможной угрозы с Востока, так что слова мистера Шмидта вполне могут сбыться. Бертильда считает, что и происходящее сейчас в Англии дело рук коммунистов…
— Пусть и дальше так считает, — перебил его я, всё больше убеждаясь, что нам сейчас стоило рассорить главных врагов, чем искать союзников. — Вам нужно убедить её, Гарольд, что так оно и есть, но только осторожно, чтобы она не почуяла неладное. Пусть ищут угрозу на Востоке и перестанут следить за нами, это нам на руку.
— А если она предложит нам помощь? — настороженно спросил Фоули. — Уничтожить этих самых коммунистов здесь? Отказ будет звучать очень подозрительным…
— Если она предложит такое, то вы сразу сообщите мне, — тут же отдал приказ я. — А я найду ей, от кого можно избавиться под видом коммунистов, врагов у нас немало.
С этими словами я встал из-за стола, и Фоули с Шмидтом тут же поднялись следом.
— Герр Шмидт, напишите мне, что именно вы хотите подкинуть Союзу в качестве информации, я должен об этом знать. А вы, Гарольд, попытайтесь наладить отношения с Бертильдой, чтобы мы могли узнавать информацию из первых рук. Если она спросит, на чьей мы стороне, скажите, что на её.
— Да, милорд, — с улыбкой кивнул Шмидт, а Фоули вполголоса проговорил:
— Конечно, милорд.
«Прекрасно, — подумал я, бодрым шагом выйдя из кабинета главы отдела по международным отношениям. — После провала Менгеле подобные новости не могут не радовать. Ещё бы найти Кейт и уничтожить сопротивление, и я был бы абсолютно счастлив».
Мысли о сбежавшей супруге мигом испортили настроение, а в ушах зазвенел её вчерашний смех, которого я не слышал очень давно… Хоть самому прочесать все побережья, вдруг я смогу наткнуться на них? Хотя бы случайно? Но я прогнал эти мысли прочь, как о неразумной трате времени, и нажал цифру два на панели лифта, чтобы посетить ещё один отдел, где меня сегодня тоже ждали.
Штаб-квартира мракоборцев была практически пустой, да и понятно, почему: рейд в Хогвартсе начался несколько часов назад. Но Эйвери по-прежнему был в своём кабинете, и только я собрался высказать ему по этому поводу претензии, как он воодушевлённо воскликнул: