Наверное, имеет смысл кратко рассказать об истории племени ронгов. Задолго до описываемых событий их предки кочевали на просторах современных Сирии и Ирака и особым пристрастием к людоедству не отличались. Когда перебрались на территорию нынешнего Ирана, то попали в окружение очень воинственных племен. Частые войны в те времена служили упрочению каннибальских традиций. Желая избавиться от опасного соседства, ронги ушли жить в суровую горную местность. Но здесь тоже оказались среди таких же племен людоедов. Пришлось ронгам вести непрестанную борьбу и с ними. Войны преимущественно заключались в многочисленных стычках. Их цель была в основном в захвате пленных, которые живо отправлялись на костер и в желудки победителей. В обычаях племени
ронгов традиции каннибализма тоже приобрели особенно большое значение. Выжить в столь жестоких условиях помог клану совет одной его женщины, которую ронги, жившие по законам матриархата, весьма почитали за мудрый ум. Она сказала: «Нельзя разъединяться – чем больше народ, тем больше воинов, тем больше сила». Клан перестал делиться. Но как могло прокормиться многочисленное племя? Ронги сделались агрессивнее даже своих соседей. Добыча людей стала самым желанным и почетным делом для ронгов-мужчин. Занятие это оказалось особенно целесообразным, потому что именно людей можно было какое-то время держать в плену, подкармливать, когда результаты обычной охоты давали избыток мяса, и постепенно съедать, когда такая охота не приносила достаточно пищи.
Однажды ронги вдруг обнаружили, что во всей обширной горной местности, где жили они и еще несколько племен, никакого другого племени, кроме их не осталось: большинство были ими съедены, некоторые откочевали в иные места, чтобы спастись. Ронги не пощадили даже те два племени, которыми стали отделившиеся когда-то от их клана четыре рода.
Теперь победоносные воители обратили взоры туда, где жили давние предки ронгов, откуда они вынуждены были уйти сюда в горы. Многие предлагали вернуться в эти степи. Однако в спорах о том, в каком направлении перекочевывать, взяли верх те, кто предлагал двигаться на север. Средняя Азия, южные Сибирь и Урал представляли собой тогда благодатный край, где был благоприятный климат и водилось бесчисленное множество животных, а ведь именно животные, а не люди составляли основу рациона ронгов. Да и племен там было немало, потому что люди охотно селились в этих местах, что для ронгов тоже имело большое значение, ибо от своих воинственных каннибальских традиций они отказываться не собирались.
Племя двинулось на север. Так началось первое в мире великое нашествие. Однако, спустившись на равнину, ронги неожиданно для себя столкнулись с очень мощным сопротивлением: три здешних племени уже очень хорошо знали о зловещей славе ронгов и объединились против них. Горцам пришлось воевать с этим союзом почти десять лет. Зато, когда наконец одолели его, то долго потом не встречали серьезного сопротивления: разрозненные племена, на которые нападали, становились легкой добычей людоедов. Приблизительно через тридцать лет после начала нашествия ронги перекочевали через южно-уральские горы и двинулись дальше на запад. Страшная молва об орде людоедов шла впереди нее. Одни племена, как говорилось выше, старались спастись бегством, другие вступали с ними в борьбу. Борьба эта была порой очень упорной, продолжительной, временами успешной для противников ронгов. Однако, в конце концов, те все равно одолевали. Они всегда побеждали, потому что их было больше. Тем племенам, которые уходили далеко на север, удавалось спастись, ибо ронгам не хотелось идти туда, поскольку они уже успели привыкнуть к теплому климату края, где долго кочевали, хотя прежде имели немалую закалку, приобретенную в суровом горном крае.
Немногим более, чем через пятьдесят лет ронги дошли от южного Урала до центральной Европы, оставив за собой огромные обезлюдевшие пространства.
Глава 7
7
Лум наслаждался желанным отдыхом. Неимоверная усталость стала проходить и начали возвращаться силы. Вернулась и способность ясно осмысливать происходящее. Он вдруг осознал всю тяжесть случившейся беды. Погибли девять соплеменников, девять его товарищей! О «старшаках» Лум горевал не меньше, чем о своих ровесниках-друзьях, ведь за время пути успел с ними тоже очень сдружиться.