Наш герой понимал, что главной для него по-прежнему остается задача увести орду людоедов в сторону от своего племени. Он не сомневался, что как только ронги узнают, что преследователи не смогли настигнуть беглеца, они пустят по его следу другую группу преследователей. Те не станут бежать, а просто пойдут за ним. Это будут лучшие следопыты племени, которые умеют брать след не хуже волков и собак, умеют безошибочно разыскивать его, если потеряется. Лум против своей воли может привести их к родному стойбищу. Несколько утешало то, что он знал, что имеет перед ними немалое преимущество: ведь отправятся в путь новые преследователи не прежде, чем вернутся неудачливые бегуны, и двигаться смогут гораздо медленнее, чем он, потому что будут внимательно высматривать его следы, временами даже, там, где они не заметны, опускаться на четвереньки и, как животные, обнюхивать землю, чтобы среди множества запахов разыскать запах человека.
Лум решил дней пять идти в том направлении, в котором шел сейчас, после чего, хорошо запутав следы, повернуть к своему племени: его необходимо было скорее предупредить о грозящей ему большой опасности.
Он решил, что если выживет в войне с ронгами, то непременно вернётся сюда, чтобы разыскать возлюбленную.
Мало-помалу наш герой начинал свыкаться с мыслью о случившейся беде, хотя сожаление о гибели товарищей вызывало сильные переживания. Но теперь он мог думать и о другом. Он осознал, в каком ужасном положении оказался сам. Действительно, ведь ему предстояло совершить большой путь и выжить одному в тяжелейших условиях. Выше уже говорилось, что в те времена в одиночку человек не мог прожить и нескольких дней. Правда, если он значительно превосходил силой и выносливостью обычных людей, то шансы на выживание у него были достаточно велики. Однако наш герой себя таковым не считал, поэтому предстоящий путь его не мог не страшить.
Люди в те времена, как тоже упоминалось выше, гибли преимущественно от когтей хищников. Весь мир тогда кишел ими. Во времена, описываемые нами, флора и фауна центральной и западной Европы были в основном уже такие, как и в наше время, но, конечно же, отличались девственным изобилием. К тому же существовало немало животных, не дошедших до нашего времени, например, мамонт. Самым сильным хищником и тогда здесь был медведь. Люди и в те времена называли его хозяином леса. Но в действительности хозяином леса был не он, а волк. Волки господствовали не только в лесах, но и в полях, лесостепях и даже в горах, где были подходящие для их обитания условия. Значительную конкуренцию волкам составляли собаки. Питавшиеся преимущественно мясом, пробегавшие, как и волки, в поисках добычи каждый день десятки километров, они очень превосходили современных собак и силой, и выносливостью. Особенно опасны были волки и собаки, державшиеся стаями.
Лум знал, что чаще остальных гибнут охотники, которые любят охотиться в одиночку. Их порой загрызали даже животные, которые обычно не нападали на человека, когда он был не один, например, рысь или небольшие собаки. Одиноко охотящиеся охотники часто погибали просто потому, что подвергались нападению, когда были слишком усталыми или ослаблены ранением, а хищники с поразительной чуткостью угадывают слабость в намеченной жертве. Наш герой чувствовал, что если на него нападёт сейчас хотя бы рысь или небольшая собака, то тоже не сможет отбиться.
Со страхом думал Лум и о предстоящих ночах. Он привык ночевать в окружении костров, при бдительном карауле сменяющихся часовых, ощущая надёжную близость могучих товарищей. Теперь же он будет совершенно беззащитен перед немой темнотою коварной ночи, когда постоянно отовсюду грозит невидимая опасность. Несколько успокоило решение спать на развилках деревьев, как обычно спали застигнутые ночью одинокие охотники.
В дополнение ко всем огорчениям на него надавило ощущение, которое ему ещё никогда не приходилось испытывать – ощущение одиночества. Он не представлял, как сможет прожить много дней совершенно один – путь, как мы знаем, предстоял ему далёкий.
Как и любой охотник, Лум шёл, часто глядя вокруг себя. Оглянувшись, он вдруг увидел бегущих к нему собак. Хотя они ещё были далеко, он уже догадался, что это очень крупные собаки. Грудь стеснил внезапный страх. Лум быстро огляделся в надежде увидеть какое-нибудь дерево, на которое можно было бы влезть, чтобы спастись, ведь сил для борьбы после изнуряющего бега у него совершенно не осталось. Однако вокруг были лишь кусты да мелкие деревца. И снова Лум готов был умереть в бою. При этом подумал с сожалением, что не сможет предупредить сородичей о большой опасности.