Смех сделал добрее нашего героя. Даже к этим ненавистным ему хищникам. Иначе он бы мог перетопить полстаи. Лум не воспользовался чрезвычайно уязвимым положением плывущих зверей и перенес «огонь» на противоположный берег, на котором замешкались менее смелые волки, не спешившие туда, где возможна была атака больших собак. Камни не представляли для них такой опасности, как для плывущих, да и попасть им в голову было куда труднее. Поэтому Лум метил уже не в головы, а в туловища. Каждый камень попадал точно в цель, причем с большой силой. Волки взвизгивали, как собаки, и убегали в лесную чащу. Вслед за ними в темном лесу скрылись и те волки, что еще не успели получить в бок камень, и те, что, доплыв до берега, выбегали из воды.
Всю эту баталию, особенно поспешное отступление противника, оторвавшийся от своей трапезы Брэнд сопровождал громогласным лаем и пару раз даже вступил передними лапами в воду, словно намереваясь преследовать убегающих.
Как только последний волк исчез из виду, человек и собака бросились друг к другу. Дико-радостными взвизгиваниями, наскоками на Лума, лизанием рук Брэнд приветствовал его. Юноша крепко сжал его в своих объятиях. Радости обоих не было предела. Пес был счастлив, что наконец нашел своего потерявшегося двуного друга. Наш герой чувствовал такую благодарность, какую описать невозможно.
– Неплохо мы их, Брэнд …! Это не первая наша победа с тобой, да?! – воскликнул он.
Когда эмоции немного поутихли, Брэнд поспешил вернуться к вкусной веревке. Лум хоть и испытывал большое желание удалиться как можно скорее и дальше от места своей несостоявшейся казни, все же не стал поторапливать друга. Впрочем, съедобные путы быстро исчезли в желудке собаки.
Глава 12
12
Друзья двинулись вглубь леса. Однако лишь несколько шагов успели отойти от берега, как в черной темноте между массивными темно-серыми стволами перед ними снова замерцали зловещие парные огоньки глаз. «Волки!» – вздрогнул Лум, но на этот раз уже не сильно испугался, наверно, потому что с ним был верный друг, и потому что не был теперь совсем безоружен – в руках сжал два прихваченных с собою камня. В каких только не был он переделках со своим новым другом. Возможно, и на этот раз им повезет.
Брэнд зарычал. Из мрака выступили крупные мохнатые звери. Это были не волки, а собаки. Они зарычали, но явно только на Лума и то не очень угрожающе. Некоторые пару раз тявкнули и тоже не так уж свирепо. Брэнд теперь молчал. Собаки также затихли. Неожиданно все завиляли хвостами. Некоторые стали обегать наших друзей стороной. Через несколько мгновений Лум уже чувствовал, что они стоят совсем рядом сзади, но что-то подсказывало ему, что можно не бояться, но лучше не оборачиваться. Смелости придавало и спокойное поведение Брэнда, и то, что собаки виляли хвостами. Все же по спине пробежали мурашки и в затылке неприятно похолодело. Вдруг он вздрогнул, ощутив, как нос собаки ткнулся немного ниже того места, где у далеких предков человека был хвост. Эти прикосновения несколько раз повторились, ибо многие члены стаи пожелали познакомиться с ним поближе, как это принято у собак, ведь для них подхвостье играет своего рода роль удостоверения личности. Удовлетворив таким своеобразным способом свое собачье любопытство они отбегали, повиливая хвостами и не обращая уже на Лума никакого внимания. Те собаки, которые не проявили подобного любопытства, казалось, поверили им на слово, что, мол, этот двуногий вполне благонадежная личность, и тоже стали показывать, что не видят в нем врага. Было похоже на то, что собаки приняли его в свою стаю. Словно в подтверждение этого они все, и с ними Брэнд, повернулись и побежали вглубь леса, будто приглашая его последовать за ними.
Лум шел быстро, почти бежал. Через некоторое время остановился, с удивлением и усмешкой подумав, что, и правда, идет в том направлении, куда убежала стая, тогда как ему, пожалуй, надо в другую сторону. Только сейчас он задался вопросом, куда ему нужно двигаться, что предпринять, как вообще жить дальше? До сего момента им владело только стремление побыстрее удалиться от страшного места, где его чуть не лишили жизни: никаких других желаний, мыслей не было. Одно было неоспоримо ясно: двигаться нужно в сторону, противоположную местонахождению стойбища. Поэтому Лум повернул направо. Он продолжал быстро идти и при этом напряженно думал. Не приходилось сомневаться, что «старшаки», узнав утром, что ему удалось освободиться и бежать, сейчас же пустят по его следу самых быстрых и выносливых бегунов. Поэтому надо успеть к этому моменту удалиться отсюда как можно далее, чтобы не оставить преследователям никаких шансов догнать его. Но что делать потом, когда убедится, что погони за ним нет? Как что? Стараться выжить. Главное то, что он жив! Он будет жить! Но это будет, конечно, совсем другая жизнь, очень отличная от той, которой жил вместе с соплеменниками, жизнь изгнанника. Все же это лучше, чем казнь. Однако изгнание считается почти равносильно казни. Но стоит ли очень унывать? Разве он не сумел выжить, немало дней совершая обратное путешествие от границы страны чомо? Кроме того, не так уж одинок он будет. Ведь у него теперь есть Брэнд, настоящий друг. Они отправятся с ним в страну чомо. Возможно, удастся разыскать ту красавицу, с которой довелось случайно свести знакомство и о которой он никак не может забыть. Только подумал так наш герой, как чувство большого сожаления стеснило грудь. Нет, в ближайшее время это не удастся! Как же он мог забыть?! Нет, пока ронги угрожают его родному племени, разве имеет он право покинуть этот край?! Конечно, он будет помогать соплеменникам бороться с врагами. Однако каким образом он это будет делать, у него было пока очень смутное представление. Впрочем, он еще обдумает это – еще есть время. Правда, ронги могут появиться здесь уже скоро, но никак не раньше, чем через три – четыре дня. А скорей всего они будут искать стойбище номариев гораздо дольше.