Лум, как единственный, кто имел настоящее оружие, отправился на охоту. С ним пошел Баллен, ибо его палка с закаленным на огне концом, более, чем у других напоминала копье.
Обогнув рощу, они сразу увидели стадо оленей. Наш герой упросил Баллена остаться на месте, поскольку знал, что тот не владеет хорошо тем способом охоты, которым владел превосходно сам и который намеревался сейчас использовать. Он вошел в рощу и через ее заросли незаметно подкрался к оленям. Баллен вскоре увидел вдруг, как стадо мгновенно сорвалось с места и помчалось в поле. «Эх, упустил! Так я и думал. Вот «щегол»! Зря я послушал его. Не так надо было…», – с досадой подумал Баллен. Из-за крайних деревьев рощи появился Лум и замахал ему рукой, крича. Он звал его к себе. «И правда ведь, обнаглел как… Ну, «щегол»! Не я, а ты, ты должен идти ко мне. Кто из нас «старшак» – я или ты?!» – продолжал мысленно возмущаться Баллен. Тем не менее он подчинился и пошел к нему, пошел, потому что поблизости не оказалось свидетелей его унижения, потому что по натуре был уступчивым и не был подвержен излишнему спесивому самолюбию, свойственному многим «старшакам».
Какого же было удивление Баллена, когда оказалось, что Лум зовет его, чтобы он помог нести убитого оленя. Вот это да! Вот так «щегол»! Как ему удалось так близко подкрасться к стаду?! На расстояние броска копья! Которое метнул так удачно, что поразил животное насмерть и не пришлось его преследовать, раненого. Да, из этого юнца по всей видимости получится очень хороший охотник. Баллен не знал, что Лум уже был превосходный охотник. Особенно охотничье умение его развилось за время путешествия.
Два силача быстро без передышек принесли оленя на место устроенного номариями привала. Все необычайно обрадовались, восхитились ценной добычей и поразились удаче охотников, так скоро успешно завершивших ловитву.
Добыть огонь еще не удалось. Лум с Балленом тоже пошли в рощу за сушняком. Когда они вернулись с большими охапками хвороста, то с радостью увидели поднимающийся над привалом сизый дымок.
Гораздо хуже шло дело у тех, кто трудился над обработкой кремня. Они уже отчаялись изготовить наконечники для копий и старались теперь сделать хотя бы резцы и рубила. Но и это пока не получалось. Мастера-самоучки хоть и были обескуражены, все же не сдавались, ибо знали, что обработка кремня требует много труда, терпения, времени. Вдруг у одного из них после случайного неправильного сильного удара заготовка раскололась на две части, с острейшими кромками в местах скола. Одна половина камня могла служить резцом, другая – рубилом. Их появление обрадовало людей не меньше, чем добытые огонь и олень.
Мужчины пошли в рощу и при помощи рубила сделали из подходящих сучьев неплохие дубины, из прямых подходящей толщины деревцев – древки для копий: даже без кремневых наконечников, только с закаленным на огне концом, это уже будут настоящие копья.
На привале из охотников остался только Лум для охраны женщин. Те, умело орудуя резцом, быстро освежевали оленя и положили его тушу на хорошо разгоревшийся костер.
Вернувшиеся из рощи мужчины решили отложить заострение древков на послеобеденное время. Всем так хотелось есть, что люди не стали дожидаться, когда достаточно поджарится оленина и принялись поглощать мясо полусырым. Резец, которым отрезали куски, ходил из рук в руки. Кровь вытекала из ртов жующих людей.
Когда насытились, мужчины приступили к доработке копий. Наш герой, имевший, как мы помним, опыт преодоления проблемы, с которой они столкнулись при изготовлении наконечников, поспешил поделиться им. Он взял обглоданную кость, положил ее на камень и другим с силой ударил по ней. Получились две преострейшие кости. Лум взял у находящегося поблизости охотника древко и, показывая всем, приложил к его концу костяной обломок.
– Вот так. Теперь только прикрепить хорошенько надо – вот и все. Очень просто.
– И правда. Всего-то. Ну, ты молодец, Лум! Спасибо за подсказку! Есть у тебя смекалка, – обрадовались мужчины.