– Как нам самим это в голову не пришло? – удивился воин по имени Дюран.
Мужчины бросились мастерить оружие подсказанным Лумом способом. Для закрепления наконечников на древке использовали жилы оленя. И вот уже охотники с молодецкой удалью грозно потрясали и поигрывали готовыми копьями, довольные, в мальчишеском азарте готовые ими разить кого-нибудь, желая поскорее испробовать их в деле.
Некоторые затем сделали еще дротики. Для этого снова сходили в рощу, сломали там подходящие ветки, очистили от отростков, укоротили их, придав им необходимую длину. Вернулись к костру и, выпрямив древки над огнем, снабдили их костяными наконечниками.
Затем присоединились к остальным сородичам, которые не переставали есть. Все уже насытились, но продолжали отправлять в рот кусок за куском, обгладывать кости, верные привычке первобытных людей наедаться впрок.
Хотя еще можно было сегодня пройти не малое расстояние, номарии остаток дня посвятили отдыху. Потому что слишком отяжелели от переедания. К тому же не были уверены, что удастся донести до места ночлега добытый с большим трудом огонь и что удастся разжечь новый, если потухнет, а провести ночь очень хотелось всем у костра.
Обретение более-менее сносного оружия вернуло номариям уверенность в себе. Вместе с ощущением сытости это подняло настроение. Люди еще не веселились, еще не улыбались, но лица перестали быть унылыми, в глазах появились искорки оживления. Разговоры теперь происходили не только такие, которые были вызваны необходимой совместной деятельностью, и не только о случившемся несчастье.
Легли спать путники рано. Несмотря на то, что мужчины, как и в прошлый раз, несли ночной караул, все хорошо выспались. Утром, прежде чем продолжить путь, номарии, хотя никто не хотел есть, собрались доесть остатки оленя. Раньше, чем они принялись за это, Колахан, рослый, красивый муж, снискавший среди соплеменников уважение не только силой, охотничьими и воинскими победами, но и разумными, полезными советами, сказал:
– Идем мы как стадо баранов. Даже не знаем куда идем. Предводителя нет у нас. Герана нет, – значит, надо другого кого-то избрать. Надо круг держать, чтоб все решить.
«Круг держать» на языке номариев означало «держать совет», в котором, конечно же, принимали участие только «старшаки».
Мужчины поддержали предложение Колахана и сейчас же сели на землю в круг поблизости от догорающего костра. За пределами этого круга остались наш герой и женщины. Но они с большим интересом слушали совет.
– Вначале вождя изберем, – внес предложение, как бы сказали сейчас, Колахан. Он поднялся на ноги и вышел в середину круга. Это означало, что он предлагает свою кандидатуру. Если бы нашелся другой кандидат, то по древнему закону племени им пришлось бы сражаться насмерть. Желающих сойтись с Колаханом в таком единоборстве не нашлось: никто не сомневался, что из спасшихся номариев он самый сильный. Поэтому вождем стал Колахан.
Затем «старшаки» стали обсуждать куда держать путь. То, что нужно как можно дальше уйти от ронгов, ни у кого не вызывало сомнений. Предстояло решить в каких местах можно найти пристанище. В те времена население Евразии еще было довольно малочисленным. Поэтому можно подумать, что не представляло никакого труда найти место для поселения. В тундровой зоне – да, но в местах более пригодных для жизни обитало немало племен. Каждое имело собственные охотничьи угодья, часто довольно обширные. Появление на своей территории чужаков не терпело и прилагало все усилия, чтобы изгнать их.
Выше уже говорилось, что три года назад номарии воевали и, побежденные, вынуждены были переселиться. Тяжело было расставаться с хорошо обжитыми местами, с родным краем. За почти пять веков проживания там у номариев выработались особые, наиболее пригодные для той местности способы охоты. А местность была преимущественно гористой и скалистой, изобиловавшей ущельями, что позволяло использовать способ охоты самый эффективный из всех, применявшихся первобытными людьми. Заключался он в загоне стад копытных в пропасть. Изгнанные из Родины номарии нашли пристанище на уже описанной нами равнине, ранее оставленной неандерталцами, страшившимися соседства с кроманьонцами. Здесь пришлось осваивать способы охоты гораздо более трудоемкие и несравнимо менее результативные. Рацион номариев сильно оскудел. Теперь же они потеряли и эти охотничьи угодья. Зато сейчас у них появилась надежда вернуться в родные места, поскольку вполне можно было предположить, что постигшее их несчастье немногим ранее постигло и хабров, как назывались люди племени, вытеснившего их оттуда. Ведь ронги, о чем ходили слухи, двигались с востока. Значит, хабры были последними на их пути к номариям. Правда, Лум говорил, что они шли от границ страны чомо. Да, видно, ронги побывали и там, но, идя на запад, вряд ли миновали хабров. Все же те, наверно, тоже не поголовно были истреблены. Возможно, оставшаяся в живых часть того племени вернется на свое прежнее место жительства. Тогда, решили номарии, если хабров осталось не больше, чем их, они вступят с ними в борьбу. Может, удастся возвратить родную землю.