Через часа полтора Лум к огромной своей радости вдруг вышел на лесную поляну и сразу увидел кострище. Оно чернело большим пятном среди поникшей еще зеленой пока травы и побуревших папортников. Быстро подойдя к нему, Лум поблизости заметил в траве несколько костей съеденного животного. Большую часть того, что осталось от него после трапезы людей, конечно, унесли звери. Молодой охотник быстро нашел и следы неандертальцев. Если там, у реки на песке, людских следов, смытых дождями, как говорилось выше, совсем не сохранилось, то здесь на земле они все же остались. Лум раздвигает траву, всматривается, принюхивается. Запах только травы, земли: конечно, запах человека не мог сохраниться. Но видны вмятины. Много вмятин. Это их следы, следы чомо. Не сохранилось никаких очертаний. Но, несомненно, это следы людей. Лум окончательно успокоился и повеселел: значит, племя чомо было здесь, и оно никак не пострадало от ронгов, и, значит, его любимая жива! Он будет искать ее! Он найдет ее во что быто ни стало!
Молодой охотник принялся усердно исследовать те мало приметные знаки, которые остались от пребывания здесь людей, чтобы узнать в каком направлении ушли отсюда чомо. И сразу приуныл. Как он сможет догадаться в каком направлении ушли отсюда чомо, если очертаний следов не сохранилось?! Задача оказалась даже более сложной, чем он ожидал. Его совершенно озадачило то, что все людские следы, находящиеся за пределами бывшей стоянки, были только с одной стороны. Лум тщательно искал вокруг поляны поблизости, но кроме недавних следов животных, других не смог найти. Было такое впечатление, что неандертальцы, переночевав здесь, пошли туда, откуда пришли. Этому Лум находил только одно объяснение. По всей видимости, в то утро, когда он увидел племя ронгов, увидели его и неандертальцы. Устрашенные огромной численностью появившихся поблизости ногано, злейших врагов чомо, последние благоразумно сочли, что самое лучшее для них вообще не попадаться им на глаза. Наверное, направления движения обоих племен совпадали. Это вынудило неандертальцев отказаться от продолжения своего похода и повернуть назад.
Поразмыслив еще немного, Лум двинулся по следу неведомого ему племени.
Если много людей тем же путем пройдут туда и обратно, то оставленная ими тропа будет, несомненно, гораздо более заметна, чем если бы они прошли только в одну сторону. Именно это позволило нашему герою верно следовать к своей цели. Встречаемые кострища, оставленные неандертальцами, подтверждали правильность определяемого им направления.
Идя этим маршрутом, он подвергался гораздо большей опасности, чем до этого: путь пролегал через местность, где перелески перемежались широкими открытыми пространствами. Не раз приходилось ночевать в поле. Но Луму повезло – на него не напала ни стая собак, ни стая волков. Дней через двадцать пути по следу неандертальского племени он подошел к горам. За ними тоже были горы и горы. Молодой охотник облегченно вздохнул, потому что увидел, что горы покрыты густым лесом, преимущественно еловым.
Еще через пять дней он вдруг увидел поднимающийся из-за ближайшей невысокой возвышенности дым. То явно был дым костра. От лесного пожара дыма куда больше. Да и может ли быть лесной пожар в этакую пору, осенью, когда часто идут дожди? Конечно, это костер – явное свидетельство присутствия человека. Сердце взволнованно забилось. Там, за горой, – люди! Там – его возлюбленная! Теперь главное двигаться как можно осторожнее, чтоб не попасться на глаза чомо. Благо есть возможность очень хорошо скрываться: в еловом лесу даже осенью можно скрываться, подкрадываться, как летом – никто не заметит.
Лум поспешил войти в заросли. Здесь он несколько успокоился и постарался собраться с мыслями. План действий был у него уже давно готов. Сейчас он хотел снова все хорошо продумать. План же заключался вот в чем. Он должен подкараулить, когда возлюбленная одна отойдет от становища и будет в таком месте, где ее сородичи не смогут увидеть его. Тогда он появится перед ней. Она, конечно, узнает его и обрадуется. Тем боле, что он вновь использует тот «аргумент», который так помог ему в тот раз. Он уведет ее в укромное место, где они снова соединятся. Потом убедит ее уйти с ним. Но как? Он же не знает ее языка! Ну так что ж, объяснит ей свою мысль знаками, мимикой. Говорят, у всех племен этот язык очень схож. У нее может быть ребенок или дети. Ну и хорошо! Пусть берет их с собой. У номариев сейчас нет ни одного ребенка. Потому, должно быть, так скучно в племени. О, номариям нужны дети, особенно уже большие, которые могут хорошо помочь взрослым, которые сами скоро станут добытчиками. Однако Лума вновь одолели сомнения. Согласится ли она последовать за ним? Она же будет понимать, что придется идти очень далеко. А совсем скоро зима. На столько ли она любит его, чтобы решиться на это? Но ведь она так его любит! Та изумительная ночь, которую она подарила ему, разве не доказательство ее пламенной любви. Так-то оно так, но вот опытные мужчины говорят, что не всегда стоит принимать страстные ласки женщины за любовь. Это может быть просто проявление темперамента. Но если она все же пойдет с ним, то выдержит ли она труднейший путь, который будет совершаться в очень суровое время – конец осени и часть зимы. Даже летом выжить вне племени чрезвычайно трудно, а уж зимой… Дети погибнут точно, да и она скорей всего. Хороший ли это будет поступок по отношению к любимой женщине – увести ее сейчас? Не придется ли ему потом всю жизнь корить себя за то, что стал виновником смерти возлюбленной и ее детей? Почему же, если он сильно ее любит, то хочет сделать ей хуже, а себе лучше? Нет, он не должен так поступать. Но как же быть…?! Ну да ладно, пусть будет что будет. Он пойдет на это – подвергнет не ее, а себя смертельному риску. Он сделает это ради нее, ради его большой любви к ней, ради их любви. Он пойдет сейчас к неандертальцам и знаками постарается дать им понять, что пришел с миром, что хочет жить с ними. Но есть ли у него хоть один шанс не погибнуть?! Есть. Лум помнил, что в разное время к племени номариев прибились трое мужчин. Двоих номарии съели. Третьего почему-то оставили в живых. Может, просто не хотели есть. Со временем они так привыкли к нему, что стали считать его совершенно своим. Мужчины даже дали ему права «старшака». Вдруг и ему, Луму, тоже повезет – у неандертальцев сегодня и в ближайшие дни будет хорошая добыча. А он в эти дни постарается все сделать, чтобы им очень понравиться, значительно уменьшить их желание съесть его позже. Но позволят ли ему соединиться с его возлюбленной? Ведь во всех племенах мужчины чрезвычайно ревниво относятся к связям соплеменниц с чужаками. Тех, кто решается на такую связь, как правило, ждет жестокая кара. Но тому чужеземцу номарии позволили взять замуж женщину. Даже сами дали. Правда, самую некрасивую. Зато потом, когда он показал себя как очень хороший охотник, добытчик, ему дали другую жену, вполне привлекательную. Что-что, а уж охотиться он, Лум, умеет. Может, он и среди них тоже станет лучшим охотником. Тогда уж он получит женщину, ради которой пришел сюда. Как она прекрасна! Юноша не удержался от того, чтобы вновь погрузиться в воспоминания и мечты…. Когда очнулся от грез, то тяжело вздохнул. Ну, а если его все-таки убют, ну так и пусть. Все равно ничего хорошего его не ожидает. Впереди – страшная долгая зима. Разве он сможет выжить один, да еще без огня (одному человеку путем трения его не добыть, а другого способа добычи огня номарии не знали)? Уж пусть лучше его зимние мучения и не начинаются.