Молодой номарий стал гадать насколько велики его шансы остаться в живых в зависимости от успешности местных охотников. Неумолимо приближался вечер, а это означало, что шансы его становятся слишком невелики, ибо мужчины задерживались на охоте обычно тогда, когда им не сопутствовала удача.
Он уставал сидеть – для связанного по рукам и ногам человека это не очень удобная поза – и время от времени ложился, продолжая предаваться тяжелым, тревожным мыслям. Не раз его охватывало сильное желание попытаться каким-либо образом бежать. Но он понимал, что осуществить это со связанными руками и ногами невозможно.
Когда Лум в очередной раз лег, то через некоторое время услышал многоголосый шум со стороны работающих женщин. Он снова принял сидячее положение и увидел, что женщин и девочек стало больше по меньшей мере в два раза. И все они смотрели на него. Ясно было, что вернулись с работы сборщицы плодов и корений: номарий не заметил, как они подходили сюда, поскольку лежал. У взрослых сборщиц висели за спиной корзины, и каждая держала в руке копье. Это не удивило Лума: его соплеменницы, отправлялись на сбор тоже вооруженными, хотя с ними всегда шел охранник – кто-нибудь из охотников. Но законы Клана номариев разрешали женщине использовать оружие только для самообороны. Среди здешних сборщиц тоже был охранник: типичный неандерталец – коренастый, мускулистый, рыжеволосый. Вооружен он был копьем, дротиком и дубиной. Он тоже смотрел на Лума с интересом и удивлением.
Наш герой искал взглядом возлюбленную. Однако ее не было среди пришедших. «Где же она! Зачем же я шел сюда?! – мысленно вскричал он. –
Может, она в пещере?! Да нет – тут столько было шума, когда меня принесли: она бы сразу вышла», – думал охваченный отчаянием, досадой и страхом молодой номарий. Теперь его даже более волновало не то, что он не увидит желанную женщину, а то, что надежда на спасение, связанная с нею, рухнула. «Но где же она?! Значит, погибла. Сборщицы часто гибнут! Какой же я дуралей, что притопал сюда! А может, это совсем другое племя?! Да нет – я же шел точно по следу», – такие мысли проносились в мозгу обреченного.
Работавшие на площадке женщины оживленно галдели, глядя на чужеземца: должно быть, рассказывали пришедшим о первых впечатлениях от встречи с ним. Сборщицы сняли с себя и поставили на землю корзины. Все пришедшие подошли к пленнику и начали с любопытством разглядывать его, оживленно галдя между собой. Лум ожидал, что они тоже будут бить его, но этого не произошло. Видимо, потому, что уже знали, что он не из вражеского племени. Вдоволь насмеявшись над его лысым телом, они скоро разошлись кто куда. Лум ощутил облегчение, но уже вскоре его окатил леденящий страх, когда одна из сборщиц что-то сказала, указав на него, а затем на костер. Нетрудно было догадаться, что она предлагает поторопиться с приготовлением ужина. Но другая женщина что-то ответила ей, кивнув в сторону долины. Понятно было, что та советует не спешить с этим, ведь, возможно, мужчины принесут с охоты добычу – тогда целесообразно будет приберечь пленника на потом. Среди местных жителей, похоже, возобладало это последнее мнение. Чужеземец перестал занимать их внимание, и каждый занялся своим делом.
Сборщицы вернулись к корзинам. Они перевернули их вверх дном, высыпав содержимое. Появились кучи плодов и кореньев. Сборщицы стояли над ними и о чем-то говорили: наверное, обсуждали успешность проделанной работы и делились впечатлениями, полученными за день. Судя по внушительности куч и ценности находок, они сегодня поработали не зря. Но это не успокоило нашего героя: он знал, что люди всегда предпочтут мясо любой растительной пищи.
После прихода собирательниц на площадке перед пещерой стало заметно оживленнее. Пришедшие с ними девочки и те девочки, что работали здесь вместе со своими матерями-швеями, стали затевать веселые игры: детская природа стремилась наверстать упущенное за день, когда необходимость работать со взрослыми сковывала резвость.
Из пещеры снова вышла странная изукрашенная красной охрой женщина и недовольно рявкнула на девочек, после чего они убежали в сторону. Там, где они теперь играли – слева от площадки перед пещерой, между нею и лесом у подножия горы, наверное, была небольшая долинка, потому что девочки совершенно исчезли из виду.