Оа тоже подошла к одной из куч шкур и взяла их целую охапку. Она принесла шкуры к одному довольно уютному промежутку между тремя большими камнями в стороне от костров и сделала его еще уютнее, устлав мягкими шкурами. Пока Оа занималась обустройством их брачных чертогов, Лум стоял рядом, страстно любуясь изгибами ее тела. Как только она закончила, они бросились друг другу в объятия, и их брачная ночь продолжалась долго.
Глава 19
19
Рано утром, когда еще все остальные соплеменники спали, мужчины встали, собираясь на охоту. Хотя наш герой большую часть ночи провел без сна, остаток ее спал довольно чутко. Поэтому говор охотников его мгновенно разбудил, и он сразу поднялся и вышел с ними из пещеры в промозглый утренний холод.
Они, вооруженные копьями, дротиками, дубинами, о чем-то оживленно говорили, должно быть, обсуждали план предстоящей охоты. Лум показал им свои пустые руки, чтобы обратить их внимание на то, что совершенно безоружен и нуждается в том, что необходимо для охоты. Он видел у главного охотника свое копье. Запасные наконечники, что принес с собою в мешке, уже были прикреплены к древкам, которые держали два других охотника. Один из них дал Луму свое старое копье. Тут же к нему подошел очень малорослый чомо, отобрал это копье и взамен дал свое. Лум заметил, что наконечник этого копья выточен гораздо хуже, чем у отобранного. В душе номария шевельнулась обида, но ему ничего не оставалось кроме как смирять себя: он понимал, что предстоит еще вынести немало обид, поскольку его положение здесь вряд ли будет отличаться от положения флебодийки. Вспыхнул внутренний протест. Нет, он не будет мириться с этим. Но пока, конечно, потерпит. «Ладно, вы еще узнаете меня», – усмехнулся мысленно Лум. Видя, что превосходит ростом даже самых крупных своих новых соплеменников и, помня о своем умении охотиться, он подумал, что его шансы самоутвердиться в этом клане достаточно велики. Ну а обиды разве не привык он выносить еще в родном племени, где был одним из самых бесправных людей.
Впрочем, никакая обида не могла сейчас омрачить его радостное настроение. Ему до сих пор не верилось, что удалось избежать верной гибели, да еще обзавестись женой. Кроме того, его приняли в общество людей, что значительно облегчит зимовку. Ладно, он перезимует здесь, а в начале лета с Оа отправится в обратный путь. Может, удастся уговорить пойти с ними еще кого-нибудь из женщин. О, соплеменники обрадуются. И будут тогда к нему, конечно, лучше относиться.
Неандертальцы оказались такими хорошими охотниками, что Лум понял, что выделиться среди них даже ему будет непросто. Сегодняшняя охота была удачной. Мужчины возвращались к пещере с двумя убитыми горными козлами. Нашему герою не удалось отличиться при их добыче, как он ни старался: двое товарищей по охоте опередили его.
Еще охотники не дошли до середины долины перед пещерой, как ожидавшие их около нее соплеменники, увидевшие, что они несут добычу, бросились почти все им навстречу. Нашему герою было радостно увидеть спешившею к нему, счастливо улыбающуюся Оа. Теперь не только улыбка, но и лицо ее ему казалось привлекательным. А уж о фигуре и говорить нечего – своими объемистыми, крутобокими формами она не уступала неандертальским женщинам. Она обняла номария, как другие жены обняли своих мужей. Не выпуская друг друга из объятий, Лум и Оа дошли до пещеры.
Нынешним вечером все легли спать по-настоящему сытыми.
Уютное место, облюбованное Оа для супружеского ложа, немало ночей давало Луму желанное отдохновение после охоты, счастье любви и согревало даже в самые лютые зимние стужи.
К большой радости нашего героя чомо охотились совершенно такими же способами, какими любил охотиться он. Бегали немного, разве что, когда загоняли в пропасть стадо горных козлов или оленей, но и тогда, действуя сообща хитроумными приемами, значительно облегчали себе физические нагрузки. Подкрадывались к животным и устраивали на них засады они не хуже, чем Лум.
Все же, как ни было трудно, нашему герою удалось выделиться среди местных охотников и постепенно по-настоящему самоутвердиться в клане. Помогли сила и храбрость. В охоте он добился особых успехов, сражаясь с медведями. Обычно чомо старались разить этого зверя одновременно со всех сторон. Однако порой стены ущелья или густые заросли не позволяли быстро окружить его, и кому-то приходилось одному встретить первый страшный натиск огромного, могучего повелителя дебрей. Среди местных охотников было достаточно храбрецов, но оказаться в подобном положении никто особенно не спешил. Поэтому порой происходили заминки, правда, совсем непродолжительные. Лум же сам вызывался идти первым. И всегда именно его копье успешно решало исход боя. Остальным оставалось лишь добивать смертельно раненого зверя.