Несколько минут провожу в уборной, настраиваясь на то, что я должна сегодня показывать себя счастливой моделью драгоценных украшений, которые повесили на мою шею и уши. Бесподобный комплект – ожерелье с алмазами и серьги капельки. Белое золото смотрится очень дорого и вроде просто, а я готова согнуться под их тяжестью. Хочется поскорее закончить с показухой для общественности и уйти к себе в теплую квартиру, где никто не станет караулить с фотоаппаратом.
Я выхожу в коридор и сталкиваюсь с высоким парнем в форме официанта. Скомкано прошу прощения и хочу уйти, но он вдруг перекрывает мне путь. Я поднимаю голову и с непониманием смотрю на молодого человека. Сердце подпрыгивает до горла, когда он достает раскладной нож и плавным движением раскрывает его. Лезвие бликует при ярком освещении.
Я открываю рот, чтобы закричать, но не издаю и звука. Только часто моргаю и дышу через раз.
— Жениху своему передай, что зря он мою сестру обидел.
— Что?
— Не в курсе, чем он промышляет? — ухмыляется, подходя ближе. — Боюсь, что и не узнаешь, зато Поляков ощутит, как это.
Делаю шаг назад, но понимаю, что вряд ли далеко убегу, даже если приложу максимум усилий.
— Может, тогда лучше с ним поговорить, а не нападать на меня? Что я тебе сделала? — на удивление голос звучит ровно и спокойно, хотя я перестаю ощущать ноги, словно они отказали.
— Появилась не вовремя, — прищуривается, продолжая оттеснять меня к стене. — Думаешь, ты у него одна такая прекрасная? — парень оскаливается, нагоняя на меня еще больше страха. — Нет. Даже жаль тебя. Пострадает ведь красота, — дотрагивается до моих волос, а я дергаю в сторону.
— Или ты, — раздается грозный рык за его спиной.
Вижу, как Илья замахивается. Парень резко разворачивается и получает удар прямо в нос. Он падает на пол, а я с ужасом замечаю рукоять ножа, торчащего из живота Северского…
16
Меня будто утягивает в прошлое, когда я нашла Северского в заброшенном доме. Грудную клетку стискивает. Перед глазами появляется рябь, и в конце концов картинка мутнеет так сильно, что я вижу лишь размытые цветовые пятна. Даже не замечаю, что вокруг нас начинается суета, и в этой суматохе меня утягивают в сторону.
Яков…
— Алиса, с тобой все в порядке? — прилагает усилия, чтобы повернуть мою голову к себе. — У нее шок, видимо, — произносит не мне, а кому-то из охраны. — Тебе нужно успокоиться. Иди сюда, — он притягивает меня к себе, но я вяло пытаюсь оттолкнуть, чтобы увидеть Илью.
Он опять пострадал из-за меня. Снова…
— Пусти… Там… Илья… Мне нужно к Илье… — упираюсь ладонями в грудную клетку Полякова и все-таки отталкиваю его.
— Алиса? — летит в спину, но я быстро иду к выходу, ведь пока я задыхалась от увиденного, Северского забрала скорая помощь.
— Алис, ты как? — Марина возникает передо мной так не вовремя. — Стой, Разина, — хватает меня за ладони и смотрит прямо в глаза. — Дыши ровно, милая, — шумно показывает дыхание по квадрату, а я часто моргаю, осознавая, что только что произошло. — С ним все хорошо. Подлатают, и будет как новенький, а тебе необходимо ответить на вопросы сотрудников полиции.
Замечаю людей в форме. С одним из них разговаривает Яков. Кусаю нижнюю губу практически до крови и качаю головой. Не могу поверить в случившееся! Не могу!
— Вот же дерьмо, — Света обнимает меня за плечи. — Как чувствовала, что с тобой нужно идти.
— Перестань, Свет, ей сейчас не до твоего эмоционального взрыва, — Янковская встает с другой стороны.
Они снова выступают в качестве двух моих опор.
— Только выбрала мужика, а его чуть на тот свет не отправили, как тут перестать, Марин?! — взрывается подруга, а я отстраняюсь от них. — Алис?
— Не выбрала ты его! Слышишь?! Не выбрала! — лицо опаляет жаром, потому что от моего крика все вокруг затихают и обращают внимание на нашу троицу. — Илья ко мне приехал! Ко мне!
— Алис… — Света растерянно моргает, а у меня грудная клетка ходуном ходит.