— Ты похожа на воробушка, — обнимает, окутывая теплом.
Его сильные руки дают почувствовать себя в безопасности. Мы стоим около подъезда. По словам Северского, здесь живут Костя и его семья. Я до конца не уверена, что готова с ними встретиться. Разве можно вообще быть готовым к резким переменам в жизни? Думаю, нет. То, что я нахожусь в родном городе, из которого сбежала, уже подвиг. Казалось, никогда моя нога не ступит на эту землю, но судьба вольна вносить свои коррективы, и я даже рада, ведь иначе мы бы с Ильей не воссоединились.
— Серая и жалкая?
— Нет, маленькая и хрупкая, — усмехается, не отпуская меня.
Так, сцепившись, шагаем к двери. У меня улыбка расплывается по лицу. Наверняка выглядим, как пара подростков, но мне все равно, потому что я с Севером. С ним спокойно, и порой хочется вести себя, как ребенок. Доверие между нами не просто вернулось в прежнее русло, а окрепло. Не представляю, что должно произойти, чтобы мы сильно поругались или, что ужаснее всего, предали друг друга. Бессонные ночи, откровенные разговоры и мои слезы стали подспорьем для улучшения отношений. Страшно ли мне? Нет. Теперь нет. Хотя по-детски ожидаю, что внезапно передо мной возникнет Мария Степановна, и мир снова рухнет мелкими осколками к моим ногам.
Конечно, этого не случается.
Илья вводит пароль от подъезда, открывает перед нами дверь и ведет меня к лифту. Мы поднимаемся на нужный этаж, продолжая греться в руках друг друга, точнее греюсь лишь я, а Илья выступает в качестве обогревателя. Уже на лестничной площадке меня начинает пробирать внутренняя дрожь. Как ко мне отнесется жена Костика? Какой она человек? Понравлюсь ли я его дочери?
— Успокойся, — шепчет на ухо Илья, нажимая на дверной звонок. — Все будет нормально.
Видимо, улавливает мое паническое состояние по тончайшим энергетическим нитям. Медленно вдыхаю и выдыхаю. Резиночка на запястье есть, но я ей давно не пользуюсь, потому что Север рядом, и не возникало необходимости приводить себя в чувство таким образом. Дверь открывается, а у меня перед глазами темнеет. Если бы не крепкие руки, то я бы рухнула прямо в ноги рыжеволосой девушке. Она, широко улыбаясь, впускает нас в квартиру. Со слов Ильи знаю, что Даша из простой семьи, и растила ее бабушка. Даже удивительно, что Костя обратил на нее внимание. Он всегда был за то, чтобы жить в комфорте и с тем, кто тебе по статусу.
— Привет! Даша, — не дожидаясь моих действий, жмет руку, и обнимает Северского, который выходит вперед. — Я думала, вы никогда не приедете.
— Привет, — усмехается Илья и снимает куртку с шапкой, пока я ошарашенно осматриваю небольшую студию, в которой живет брат с его семьей.
В глаза сразу бросается девочка, сидящая на полу. Рыжие кудряшки, как огонь. Она похожа на Мериду из мультика «Храброе сердце». Нас она не замечает, увлеченно собирает конструктор и что-то напевает себе под нос. У меня сердце останавливается от накатившего умиления. Алисия очень красивая… В голову закрадывается мысль, что если бы мы с Ильей не разошлись после побега, то и у нас мог появиться на свет чудный малыш или малышка…
— Кости пока нет, — Даша забирает куртку у Севера и закатывает глаза. — Последнее время пропадает на работе. Мама Мия вставляет палки в колеса.
По спине пробегает неприятный холодок, когда слышу о матери. Насколько я знаю, Костя пробился в руководство компании и сильно задвинул Марию Степановну. Не без помощи отца, конечно. Слишком сильная у родительницы хватка, чтобы бороться с ней в одиночку.
Я согласилась приехать сюда после слов Ильи о том, как брат усердно с ней сражается за свободную жизнь, где никто не будет использовать нас в качестве марионеток. Это импонирует и дает надежду на светлое будущее.
Илья помогает мне снять верхнюю одежду. Даша не замолкает, рассказывая о Косте, и ворчит, что тот пропадает в офисе. Вспоминая, как родители тянули эту лямку, понимаю, что не так уж и радужно приходится братишке.
— Надеюсь, вам нравятся пироги с вишней. В любом случае выбора у вас нет, потому что наша принцесса их обожает, — посмеивается, когда при словах «пироги с вишней» Алисия вдруг оживает и подскакивает на ноги.
— Мама, где? — нетерпеливо топает ножкой и дует пухлые губки.
— Не я научила, — пожимает плечами Дарья, уходя в кухонную зону.
Племянница подходит ко мне и внимательно рассматривает. Надо что-то сказать, но у меня язык деревенеет, и на горле, словно петлю затягивают. Глазки у нее такие же, как у Кости, карие.
— Привет, — Илья опускается перед ней на колени и щелкает по курносому носику пальцем. — Покажешь нам, что построила, Лисичка?