— Я уверен, что повторится, Алиса, — Яков останавливается, берет меня за локоть и, оглядевшись, отводит к диванчику. — Послушай, Алис. У меня намечается крупная поставка драгоценностей. Ты стала лицом коллекции. Это лишь малая часть украшений, которые поступят на рынок.
— Мне жаль… Что их украли, Яков…
— Перестань, — кривится, отпуская мою руку. — То колье – капля в море. Важно, что вы целы и относительно невредимы. И прежде, чем мы официально объявим о продаже, нужно решить этот вопрос.
— Может, стоит взять лицом кого-то другого?
В горле пересыхает сильнее, и я невольно дотрагиваюсь до него рукой. Ощущение удавки на нежной коже прогрессирует, как сепсис. Такое случалось, когда мама начинала давить на меня своим авторитетом.
— Уже поздно, Алиса, да и… я не хочу видеть кого-то другого на твоем месте.
— Моем? — выдыхаю слегка истерично.
— Твоем, — Яков улыбается, а я отвожу взгляд.
Не могу себя заставить снова сблизиться. Уговариваю себя, но не получается. Мне тошно от себя самой. За слабость и слабохарактерность, которую я демонстрирую Полякову. Света говорит, что это нормально. Он сильный мужчина, и я должна ему довериться, тем более, если хочу строить отношения. А хочу ли? Готова ли я к ТАКИМ изменениям в жизни?
— Я позабочусь о твоем безопасности, Алиса, — Яков проводит подушечкой большого пальца по моей щеке. — Подожди здесь, хорошо?
Киваю. К сухости в горле прибавляется огромный ком. Яков оставляет меня в приемной и уходит к хозяину агентства. По дороге сюда он говорил, что владелец его знакомый, и они смогут быстро оформить договор. Если честно, я не хотела бы стать девушкой, около которой ходят хмурые бритые бугаи, но и повторения не желаю. Тихо опускаюсь на диванчик и потираю горло пальцами. Мне неуютно, неловко и дискомфортно, словно сейчас проходит выставка рабынь, и я стою на сцене абсолютно голая. Понимаю, что вскоре я действительно «оголюсь» перед Яковом, и переживаю. Захочет ли он отношений, если узнает о моих дефектах?
Беру резиночку и начинаю её дергать. Кожа краснеет, но я не прекращаю над собой издеваться, пока не замечаю пристальный взгляд девушки за стойкой. Выравниваю спину и медленно выталкиваю из себя воздух, используя схему дыхания по квадрату. Считаю про себя и через несколько минут успокаиваюсь. От жажды ничего не спасает, и когда я поднимаюсь, чтобы купить себе кофе в кафе поблизости, дверь в помещение открывается. Я упираюсь взглядом в высокого широкоплечего парня. Сердце ухает вниз, стоит мне посмотреть ему в глаза. Красивые карие. Настоящая бездна, в которой я утонула семь лет назад.
3
Илья Северский
Воздух в лёгких застывает, стоит увидеть девочку из прошлого. Хотя… о чём я?
Алиса – не прошлое, а настоящее, которым я давлюсь изо дня в день. Засыпаю с мыслью о ней и просыпаюсь от того, что перед глазами встает картинка, как крупные слезинки скатываются по её бледным щекам. Поезд. Дорога в никуда. Боль. И нет просвета.
Кажется, воздух между нами сгущается, становится максимально плотным и не пригодным к жизни. Стопорятся все важные функции в организме. В фокусе сейчас лишь глаза Разиной – голубая пропасть, в которую падаешь, сам того не замечая.
С трудом проглатываю ком в горле.
Оказывается, всё сложнее, чем можно было представить. Видеть Алису, когда ты к этому не готов, как нож под рёбра. Чертовски больно, но я вынужден дышать.
— Привет, Север! — мне по полечу прилетает. — Наконец-то, добрался до нас, — отвлекаюсь от принцессы.
Передо мной тут же нарисовывается довольная физиономия Кота.
Он же Котов Вадим Васильевич – мой армейский друг. Кот давно звал меня к себе в гости или на работу, а я пытался привести жизнь в порядок. Вот только усилия напрасны. В ней по-прежнему царит хаос.
— Проходи, — указывает на пустой коридор. — Светик, я временно недоступен, если что, — подмигивает девчонке за стойкой. — Рассказывай, каким ветром тебя занесло? Я тебе трубу оборвал звонками.
На автомате шагаю вперёд, стараясь не смотреть в сторону Алисы. Она не одна. Со статусным мужиком, который ей ровня. Мельтешение за спиной, стук каблуков. Может, я превращаюсь в параноика, но слышу её сорванное дыхание, чувствую панику.