Поэтому я делаю единственное, что приходит мне в голову.
Начинаю кричать.
Закрываю глаза и визжу изо всех своих сил, тем самым пресекая следующий выпад Джека в адрес Элайджи. Кроме того, я пугаю весь коридор и, вполне возможно, целую школу.
Зачем я это делаю? Понятия не имею. Но это срабатывает.
Джек закрывает руками уши и замирает, как и все его друзья. Элайджа растерянно смотрит на меня, делая шаг в мою сторону. Мой крик стихает, и в коридоре становится тихо. Джек медленно убирает руки от ушей.
— Какого черта, детка?
Я чувствую, что все взгляды в коридоре прикованы ко мне, и понимаю, что только что сделала: без всякой причины завопила как сумасшедшая.
Мое лицо пылает от стыда, пока я пытаюсь найти оправдание. Через несколько секунд я все-таки придумываю неубедительное объяснение:
— Я видела крысу.
Я вижу, как глаза Брайса расширяются от страха. В ужасе он делает едва заметный шаг в сторону Джека. Джек тем временем не сводит с меня изумленных глаз, все еще раздраженный моим криком.
— И это все? — Он чуть расслабляется.
Я быстро киваю, почти выдавая, что лгу. Джек, однако, ничего не замечает.
— Ладно, раз уже все нормально, тогда нам пора расходиться по классам, — говорит он, беря меня за руку.
Пока он улыбается, я киваю и следую за ним и Брайсом по тихому коридору. Глядя на учеников, которые до сих пор пребывают в шоке из-за моего крика, я иду в класс и ловлю взгляд Элайджи. Он улыбается мне, скрестив руки на широкой груди, и у меня едва получается сдержать румянец. Он знает, что никакой крысы не было.
Должно быть, до директора Майерс дошли слухи, что кричавшая — это я, потому что она останавливает нас троих в коридоре, чтобы прояснить ситуацию.
— Да, директор Майерс, она видела крысу! — восклицает Брайс, с отвращением глядя на директора в старомодном брючном костюме.
— Я не понимаю, как это возможно, Брайс, — строго говорит она с южным акцентом в резких словах. — Каждые выходные к нам приезжают дезинсекторы, чтобы убедиться, что наша школа не заражена. Не зря мы занимаем первое место в списке самых чистых средних школ Техаса.
Джек берет меня за руку.
— Расскажи ей, детка.
— О чем?
— О крысе.
— О! Точно. Крыса… она была очень большая. Она пронеслась по полу, а потом шмыгнула за шкафчики.
— Скажи мне, Скарлет, как так получилось, что ты единственная ученица, которая видела крысу?
Клянусь, у нее на меня зуб. Директор Майерс восхищается Джеком каждый раз, когда видит его. Каждый понедельник в утреннем обращении она хвалит его за пятничные победы.
— Ну, остальные общались с друзьями и ничего не видели. Мои же глаза оказались в нужном месте в нужное время…
Она смотрит на меня несколько мгновений, размышляя, устраивает ли ее мой ответ.
— Это правда, директор Майерс, — вступается Джек, и ее хмурое выражение лица смягчается. — У нее острый глаз. Она всегда замечает странные вещи.
Я киваю с фальшивой улыбкой. Если бы я сказала ей, что кричала, желая остановить издевки своего парня, она бы, вероятно, не одобрила мое поведение.
Поэтому я снова заговорила, прежде чем она успела возразить:
— Прошу прощения, что устроила шум. Такого больше не повторится. А теперь нам пора в класс, пока мы не опоздали!
Джек настаивает на том, чтобы зайти ко мне после школы, но впервые за время наших отношений я не хочу проводить с ним время. То, как он обращается с Элайджей, все сильнее влияет на мои чувства к нему. Меня всегда беспокоили издевательства Джека над другими людьми, но в последнее время это выходит за рамки неприязни — это меняет мое отношение к нему. Мне становится стыдно находиться рядом с ним.
Я говорю Джеку, что плохо себя чувствую, но и это его не останавливает. Он все равно приходит ко мне, желая убедиться, что со мной все в порядке. Я не солгала, сказав, что плохо себя чувствую. Я и правда очень устала, поэтому мы с Джеком немного вздремнули. Поспать долго мне не удается: Джек будит меня, настаивая на том, чтобы мы немного «повеселились».
Потом он уходит, а я начинаю готовиться к поездке в Хьюстон, куда меня снова пригласил Элайджа.
Элайджа заезжает за мной на маминой машине, поскольку его пикап до сих пор отказывается заводиться. Хотя это всего лишь третья поездка, я уже запомнила дорогу: кукурузные поля, пруды и ручьи, мимо которых мы проезжаем, случайные резкие повороты на дороге и почти каждый поворот в городе.
— Ты знаешь, кто будет твоим противником? — спрашиваю я.