— Знаешь что? Во всяком случае, я получал от тебя отменный сек…
— Хватит, — перебивает Элайджа требовательным голосом и делает шаг вперед. — Ты сам потом пожалеешь о сказанном.
Его голос привлекает все мое внимание. Я видела его в гневе только однажды, в тот день, когда он столкнулся с Алехандро. Джек, к слову, тоже удивлен, ведь он даже и подумать не мог, что Элайджа сможет сказать что-то поперек. Но разве это не именно то, чего хотел Джек? Разве не он ждал реакции?
— С чего ты решил, что я пожалею? — кипятится Джек.
— Может, ты и мудак, но она тебе небезразлична. Я знаю, что ты никогда не хотел причинить ей боль, — говорит Элайджа.
— Ни черта ты не знаешь, урод.
— Ты совершаешь ошибку.
— И какую же? — недоверчиво переспрашивает Джек. — Ошибку сейчас совершаешь ты, Элай.
— Я предлагаю тебе уйти и остыть, прежде чем ты скажешь о ней то, о чем потом будешь жалеть, — мрачно советует Элайджа.
— Ты не в том положении, чтобы выдвигать требования, Элай, — выплевывает Джек, тыча пальцем в грудь Элайджи.
Элайджа не реагирует. Он смотрит на Джека, позволяя гневному взгляду говорить за него. Джек оглядывается, видит шокированные лица и отступает.
— Плевать я хотел, — ворчит он, поправляя пиджак.
Джек поворачивается и уходит, а мои «друзья» бросаются за ним следом.
Когда Джек исчезает в коридоре, я стою неподвижно, как статуя. Неужели это только что произошло? Элайджа мгновенно обхватывает меня за плечи, желая защитить от осуждающих взглядов, и уводит на улицу. Я благодарна ему; мне казалось, что на меня смотрела вся школа.
— Ты в порядке? — спрашивает он, стоит нам выйти на воздух.
Я стою в полном оцепенении. Поверить не могу — я только что рассталась с Джеком Далласом. С парнем, которому я отдала год своей жизни. С парнем, который сделал меня счастливой в то время, когда ничто и никто не смог. С парнем, который подарил мне сказочный роман и сделал мою школьную жизнь шикарной. С парнем, который был для меня первым во всем. Первый поцелуй, первая любовь, первое все.
Конечно, я не жалею о своем решении, однако это не отменяет того факта, что мне будет многого не хватать. Хотя по каким-то вещам я уж точно скучать не буду: по его требованиям, издевкам над Элайджей, по собственничеству, по животному поведению всякий раз, когда он видел другую девушку.
— Ты можешь не признаваться, но я знаю, что тебе тяжело, — успокаивает Элайджа.
— Я в порядке.
Он изучает меня несколько молчаливых мгновений.
— Ты можешь поплакать.
— Он не заслуживает моих слез.
— Ты заслуживаешь чувствовать то, чего хочешь.
Я жду, что слезы вот-вот проступят, но они так и не появляются. Я понимаю, что не хочу плакать. Осознание, что Элайджа находится рядом, помогает мне почувствовать себя лучше. Если бы не он, я бы даже не рассталась с Джеком. Если бы не он, я бы не поняла, что для счастья существует нечто большее, чем парень.
Зато теперь я знаю, что я могу справляться и без Джека. Мое счастье не зависит от него, потому что оно исходит от моих собственных действий. Оно складывается из отношения к самой себе, из людей, которыми я себя окружаю.
— Спасибо, что был рядом. Я бы не сделала этого, если бы не ты, — признаюсь я.
— Ты бы сделала.
— В душе я все понимала, но решение приняла только благодаря тебе. Ты был тем человеком, с кем я смогла поделиться мыслями и задуматься о своих чувствах. Без тебя этого бы не случилось. Спасибо тебе, Элайджа.
Он усмехается.
— Я думаю, ты слишком меня хвалишь.
— Я восполняю твою низкую самооценку.
Он опускает глаза и улыбается, но ничего не отвечает. Я позволяю мыслям вернуться к расставанию и вспоминаю все, о чем мы говорили. Я думаю о том, что Джек сказал Элайдже.
— Что Джек имел в виду, когда сказал, что у тебя есть единственная вещь, о которой он всегда мечтал?
— Мне было интересно, сколько же времени пройдет, прежде чем ты узнаешь.
— Что? Опять? — бормочу я. — Как так получается, что ты знаешь о моей жизни больше меня самой?
Элайджа выдыхает, и это можно было бы расценить как усмешку, но слишком быстро обретает серьезность.
— Джек ненавидит меня не без причины. Когда мы были детьми, мы с ним были лучшими друзьями и соседями.
Моя челюсть отвисает до самой земли. Джек и Элайджа были лучшими друзьями? Мне только что бросили мяч, а я промахнулась на целую милю? Я, если честно, никогда не подозревала… об этой странной дружбе.
— Наши родители владели совместным бизнесом, — продолжает он. — Мы росли и все делали вместе. Играли в одних и тех же командах детской лиги, и было очевидно, что мы оба необычайно талантливы в спорте. Но как бы хороши мы ни были, я всегда был немного лучше. Тренеры всегда вручали награду мне, и я всегда лучше играл, независимо от вида спорта. Потом мы оба стали квотербеками. У Джека потрясающая хватка, в этом нет сомнений, но моя была чуть-чуть лучше, и все это замечали. В любом возрасте я был крупнее его, а это имело весомое значение. Его всегда сажали на скамейку запасных.